— Не трусь, выполняй, что велено и ещё вот что. Будут соседи кто помощь просить — обязательно делись глиптами. Это не твоя собственность, а баронская, узна́ю, что гнобишь кого…

— Э-это вы зря, Владимир Денисович, всё по совести сделаем. Никакого обману и притеснения, вот те крест, — он осенил себя знамением.

— Всё бывайте любезные.

Мы, наконец, отчалили в другое место. Марич писал: они половину оставшихся глипт дали в услужение горному мастеру Ивану Кваскову. С увеличением числа каменных помощников его фигура из запасных перешла в основной состав. Теперь он играл важную роль в возведении Таленбурга. На «видящего жилу» легла ответственность за разработку моей шахты.

Иван забрал себе на подмогу ещё трёх человек, и все вместе они проводили большую часть времени вне города в наспех возведённой избушке. Работа по добыче камня закипела, но в город его никто не отправлял — решили дождаться следующего этапа деления глипт, а пока готовили большую партию для отгрузки.

Как говорится, мы ждали, и мы дождались. Теперь многое в феоде поменяется, но складывалась до боли абсурдная ситуация — магзверей стало больше чем разумных людей! Впрочем, это не такая уж проблема. В моей модели построения общества они отлично вписывались как вспомогательный вид. По идее их и должно стать в несколько раз больше в какой-то момент.

Подобные новости не могли не радовать. Мы вошли в старый ритм и тратили по два дня на стоянку. За это время кое-как, но успевали инспектировать на скорую руку шесть деревень. Хутора кто успел тот и съел — на задержки времени не было. Скоро снег выпадет — спешить надо.

Теперь везде оставляли ещё и по десятку глипт. Некоторые боялись их, другие с любопытством подходили, особенно дети, но прогресс не остановить — все должны привыкать к новому порядку. В общей сложности мы сделали за всю поездку 11 стоянок и проверили 61 деревню. На это ушло долгих 28 дней.

Давайте подобьём какие-то итоги.

31 000 населения, из которых 4650 — это взрослые мужчины-работники, главы семейств, то есть 15%. Часть из них, а также часть женщин переехали в Ростов, 1512 человек, около трети. С этим большая беда.

На самом деле трудоспособных куда как больше, чем заявлено, и вот почему. Оброк мы собирали со двора, а тот состоял из 6–10 человек. Такие семьи зачастую включали в себя несколько поколений. Молодые не спешили отделяться от родителей из-за нехватки денег, пахотной земли и работников для ухода за ней. Хозяйством занимались всем миром.

Средняя преданность ко мне как к барону составляет на данный момент 11 единиц, а трудолюбие — 41. Мне на удивление досталось способное население. Даже при таком упадке у них сохранялось высокое стремление к труду. Интересно, что будет, когда их положение поправится?