— Пожалуй, оставлю вас, пх-х-х, — прикрывая рот рукой, выдавила из себя Троекурская и ушла.

— Сгинь в пекло, такой момент испортил, — отмахнулся я и опять завалился на подушку. — Чего рано вернулся, завтра же должен был?

— А меня Лёлик быстрее всех довëз с ветерком и без привала. Остальные сегодня вечером доковыляют, — Леонид был только с дороги и жадно попивал бодрящий напиток. — Что у нас нового?

Пока он сидел в кресле, я одевался и рассказывал ему про Абросимова и недавние события. Вошла девка и внесла поднос с едой, я махнул лекарю угощаться, а сам взял только кофе. Голодному путешественнику дважды предлагать не пришлось, каша и булочки одна за другой исчезли в нём во время нашей короткой беседы.

— Ну так фто, пофли к эфтому травнику, пропифу ему лекрфтво от хитрофти, — предложил антилекарь и в конце погладил себе по животу.

— Я думал, ты отсыпаться будешь после долгой дороги, — поднял я бровь.

— Ой, в следующей жизни. Ну что, поехали? Каков план?

По-хорошему мне бы остаться и, как завещала Марина, сортировать прибывший народ, пока экзекуцию произведут мои подчинённые, но… Я не мог удержаться от такой поездки. Подождут. К тому же если там действительно сильный маг, то и послать особо некого, кроме разведчиков, но те заняты другим. В общем, сам всё сделаю.

А что касается удивительной способности фитоманта считывать вибрацию и не подпускать к себе врагов, что ж… И на старуху бывает проруха. Абросимов советовал мне сделать крюк и ударить шпиону в спину, но тот ведь не дурак, явно обложил себя со всех сторон чудо-травинками — услышит приближение.

Этот вариант нам не подходил. К тому же расстояние из ста километров превращалось в сто пятьдесят. Придётся выехать из дубравы, а там велик шанс, что разведчик на виверне заметит. Короче, гнилой номер.

Бывший ротмистр не знал о наличии у нас необычной шкуры из «Жёлтого-6», которая скрадывал все звуки и вибрацию. Мои умницы-швеи как раз смастерили нам ремешки, оббитые обрезками редчайшго меха (экономно распределили на большое количество вояк).

Мы затянули эти штуки у щиколоток глипт и вуаля — тушу в четыре центнера даже лань не заметит. Треск веток, топот тяжёлых ног, грозное сопение и полязгивание амуниции в транспортных коробках приглушалось шерстью межмирового хищника из рода кошачьих.

Спустя два с половиной часа интенсивного передвижения, я слез со своего магзверя и застыл, стараясь не шуметь. Округу огласили крики попавшегося фитоманта. Затем они резко стихли. Маленького пузатого мужчину с проплешиной на затылке вытащили из берлоги, сжимая сильной рукой за сломанную ногу, как какую-то набитую соломой игрушку. Раздетый по пояс маг раззявил в страхе рот.