Пока все воевали за лучшие места, я переговорил с дворецким.

— Они извинились, не надо, — снова отказался он от денег. — Это мы не так подготовились к приёму.

— Что ж, понадобится работа — приходи, — сказал я на прощание.

А что только Кержапольским разрешено переманивать достойных профи? Вообще, я был рад, что конфликт исчерпал себя и никто не пострадал. Под восторженный визг малышни мы оторвались от земли, зависли ненадолго в воздухе и взяли курс домой.

Это заняло чуть больше дня пути со всеми остановками и кормёжкой виверн. В Таленбурге нас уже поджидал Филарет в обществе десяти работниц, согласных помогать со стиркой, уборкой, приготовлением пищи и прочими повседневными обязанностями.

— Мы будем учиться магии? — удивилась Камила, когда им, наконец, объяснили по приезде истинную цель сбора.

— Надо было сразу сказать! — нахмурился Кудлаш. — Мы думали тут очередная дебильная фабрика…

Всë равно не поверили хулиганьë. Я-то гадал, чего они в отрыв так ушли? С другой стороны, понять можно: явился не запылился какой-то знатный хмырь, обещаниями сыпет, как пить дать стелет с какой-то гнилой целью. Но согласились же?

«А куда им ещë идти? Подумаешь, шило на мыло поменяют, зато хоть до отвала наедятся и по-человечески поживут недельку-другую. Явно надолго не собирались задерживаться у богатого олуха, мол, чуть что сбегут».

Но, услышав про магию, беспризорники насторожились. Лица стали более осмысленными и у многих в глазах затаилась надежда, что это всë-таки не обман, не детская каторга у чëрта на куличках, а вполне себе реальный шанс выбиться в люди. «Всамделишная» школа магии.

Маг всегда найдёт тёплое местечко для себя и своей семьи. В народе престижней профессии, пожалуй, не сыскать — платили им много и пахать, как в поле, не приходилось. Мечта для любого безродного мальца.

— Пока строится кадетский корпус, поживёте под присмотром отца Филарета. Занятия начнутся через неделю. Бегом заселяться, — велел я.

— Ваше благородие, а какая у меня стихия? — зажмурив один глаз, спросил Кудлаш.

— Земля.

— Ого, слыхал Санёк, легко наколдую себе тыщу рублей, а у него что?

— Звук.

— Хыв-хыв, теперь ты не Гризли, ты Соловей-разбойник!

— А у меня?

— Лекарство, — ответил я Камиле и понял, что зря открыл рот, начался гвалт с просьбами рассказать и другим их стихии. — Узнаете со временем. Всё, марш отсюда!

Девочка довольно просияла и потопала с остальными. Глядя, как улетают обратно виверны, священник спросил.

— Зачем блаженную с собой взял? Не похоже на тебя.

— Ты про Пелагею? В доме призрения отыскал. Еë туда из РГО выбросили три года назад, тронулась умом после опыта с запрещённым зельем. Такой огромный потенциал и карьера всего в тридцать один год… Знаешь, как говорят, горе от ума, вот это её случай. Умнее человека я ещё не видел.