На всякий случай я обрисовал мастеру общую картину, хоть тот и сам многое видел. Лишним не будет. Разведчики, помиравшие со скуки на гражданских транспортировках, тоже подобрались вперёд. Не каждый день встречаешь гения меча. Они хоть и молодые, но различия в мастерстве выявляли лучше любого витязя. Их-то сызмальства держали в чёрном теле титулованные тренера империи.

Нобу собирались взять в клещи, окружить и разделаться. Он не имел права даже на одну рану, любое замедление — это смерть. В отличие от противников на нём вообще не было защиты. Поддаваться я ему запретил, потому мечник на нечеловеческой скорости играючи вывел из строя двух «С»-шек. Одному проткнул лёгкое, второму задел сухожилия на правой руке — меч больше нельзя было держать.

Разрыв сократился до четверо против одного. В глазах наследника мелькнули первые подозрения. До этого вялый и безынициативный визави, вдруг сам диктовал темп битвы, активно менял позицию и хирургически выбирал цели.

Спустя пару минут остались только Василий и его телохранитель. Я велел и этих бедолаг не убивать. Услуга за услугу — глава рода отлично меня принял, омрачать гостеприимство чьей-то смертью будет неправильно.

«А»-ранговый загородил собой господина и приказал ему не мешаться. Воин был силён, нет, не так. Он был ОЧЕНЬ силён, и я сомневался, что некоторые мои «А»-шки смогли бы составить ему конкуренцию. Это был сплав опыта, ума и отличных физических показателей. Фехтовальщику что-то около тридцати лет, пик формы.

Валентин кого зря не поставит защищать сына, но «переступивший божественный предел» это не просто скрытый талант. Его признал меч Аластора, артефакт-явление, божественная искра. Способности Нобу превышали человеческие в несколько раз: скорость, сила удара, гибкость, реакция. Переход на «S» ранг возвысил мастера на недосягаемый уровень. Его убьëт разве что массовый залп магией.

Василию пришлось активней включаться. Нобу оставлял его на десерт. Как итог, наследник выдохся и, тяжело дыша, выбыл из игры, уступая своему телохранителю право сражаться один на один.

Короче, кинул он его.

«А»-ранговый узрел пропасть между ними, но не сдался из профессиональной злости — ему хотелось нанести хоть одну рану, хотя бы царапнуть стену недостижимого идеала…

Не вышло.

Правую руку проткнули в плече, телохранитель перекинул меч в левую, не менее искусную, но проиграл за минуту. С кровоточащей раной против такого оппонента это много если что.

— Сдаюсь, — поднял руки выдохшийся Василий и выбросил оружие. — Ты монстр, у меня не было и шанса, — сказал он сквозь зубы, когда Нобу прошëл мимо.