— Наверное им автомат тоже сок не выдал, — родил я версию, и тоже для поддержания разговора в заданных рамках. — Но самим избить его инструкция запрещает. А меня они «не заметили» в качестве мести оному автомату. Держите, сеньор. — Протянул обе банки с добычей ему.

Тот посмотрел на банки, снова на меня, с куда большим уважением. Снова глянул на бейдж. Ничего не сказал, банки принял, констатировав:

— Всё возможно. Месть — это блюдо, которое надо подавать холодным. — Столько пафоса в голосе. Но и осторожности, боязни сболтнуть лишнего.

— Как например месть Канаде за полстолетия унижения. — А это я пробросил пробный мяч.

— Как вариант! — не стал словоблудить сеньор. — Удивлён, что у кого-то хватило стали в яйцах на такой поступок, — палец вверх, — но да, сравнение актуально. И ещё, сеньор, зачем мне две банки? — Вопрос как бы сам для себя. — Мне как бы… И одной достаточно. Не сочтёте мою искреннюю благодарность за проявление коррупции в виде дачи взятки должностному лицу при исполнении? — И торжественно протянул одну из банок мне назад. — Тем более, что без вашего профессионального, о, поверьте, я разбираюсь, сам занимался единоборствами, удара, я бы не получил вообще ни одной?

— Если это от чистого сердца — то мой отказ может рассматриваться, как проявление неуважения противной стороне! — заулыбался я и вскрыл банку, выдернув колечко. Отпил. Вкусно, хороший сок. — Я ещё батончик хотел… А тут я угощаю! И никакого отказа — не приму!

— Ни в коем случае сеньор! — не стал он спорить с моим грозным взглядом. — Теперь уже с моей стороны отказ будет смотреться, как нарушение меморандума о доверии, который мы негласно заключили только что, в борьбе с коварной системой нечестного отъёма денег у венериан с помощью неисправных пищевых автоматов.

Я прошёл к следующему автомату и заказал два комплекта шоколадных батончиков, один из которых, забрав в приёмнике, протянул сеньору. Мы засмеялись.

— Выйдем на воздух? — кивнул ему в сторону турникетов. — Со мной можно, пропустят.

— Глупо отказываться от такого приглашения! — снова расплылся в улыбке сеньор. «А он меня не боится!» — посетила мысль.

«Вань, а чего ЕМУ тебя бояться? — ответил внутренний судья и совесть. — Это его начальство должно трястись. Он, как видно, человек небольшой — и что ты ему сделаешь?»

«Ну да. А потрындеть с принцем-консортом… Будущим, нет, не важно, всё равно шишкой… Милое дело! На зависть всему министерству».

Логично, чо.

Вышли. На охране я лишь бегло бросил: «Со мной» — и нам открыли зону прохода без прикладывания пропусков и бейджей. Встали недалеко от входа, под навесом, и я принялся делать то, что и планировал — пил сок с шоколадкой. Сеньор, видя, как просто и без понтов себя виду, последовал примеру, и, я чувствовал, даже получил от этого удовольствие.