***
Планы пришлось менять.
Сарай мог скрыть Иккинга. С Беззубиком он не справлялся даже снаружи: достаточно было одному соседу посмотреть в окно.
Гарри вспомнил то, что знал от Снейпа.
— Прячься, — сказал он и поднял руку.
Заклинание Дезиллюминации он прежде никогда не творил. Но память о тысячах повторений делала движение почти естественным. А память Брома помогла направить магию. Прохладная волна скользнула по чешуе, и контуры Беззубика растворились, приняв цвет сарая.
— Ого, — сказал Иккинг.
Дракон повернул голову, увидел собственную лапу и растерянно зарычал. Лапы не было.
— Он испугался?
— Нет. Ему интересно.
Беззубик пошевелил хвостом. Хвост исчез целиком, но три ящика в углу улетели в стену.
— Нужно место попросторнее, — сказал Гарри. — И много времени, чтобы он привык.
— Зачем нам место? Мы можем долететь.
— До Лондона?
— Если ты покажешь направление. — Иккинг уже доставал из мешка седло и перекидывал ремни через плечо. — Он любит летать ночью. Я тоже. Только скажи, где приземлимся.
Гарри открыл рот.
Закрыл.
Из всех способов добраться до Косого переулка этот был самым нелепым и самым привлекательным.
***
Они взлетели на следующую ночь.
Гарри сидел позади Иккинга, вцепившись в ремни. Земля уходила вниз, огни Тисовой улицы собирались в тонкие нити, и холодный воздух бил в лицо.
Он никогда не боялся высоты.
Рок Ли привык падать и подниматься. Бром помнил небо над Алагейзией. Они оба были с ним сейчас. Но именно в этот момент Гарри понял, что чужой опыт помогает устоять, а радость остаётся только его собственной.
— Нравится? — крикнул Иккинг.
— Да!
— Тогда держись!
Беззубик нырнул вниз.
Лондон раскинулся под ними, как рассыпанные золотые монеты.
Гарри засмеялся.
Громко, так, как не смеялся никогда.
И вдруг почувствовал странное тепло в груди. Не от магии и не от чакры. Просто в его мире впервые появились люди, которым нравилось то же, что и ему.
Беззубика они оставили на крыше заброшенной стоянки, закутанного в чары невидимости и заваленного кучей подобранных на кухне рыбных костей.
— Не вздумай никуда улетать, — серьёзно сказал Иккинг.
Дракон положил голову на лапы и закрыл глаза.
— Он понял?
— Нет. Он просто сыт.
Они спустились по пожарной лестнице и пошли по тёмным улицам.
Гарри шагал уверенно. Заклинание «Не замечай меня» держалось само, почти без усилий. Он даже не вспоминал, как оно устроено: память Снейпа жила рядом, как давно выученные шаги по знакомой лестнице.
Некоторые детали пугали сильнее других.
Он знал, что Снейп ненавидел его отца.
Знал, как больно тому было произносить фамилию «Поттер».