АННА-ДЖЕЙН

Сопровождавшие пленников туземцы, как и утром, держались с ними вполне корректно и даже с некоей долей уважения. Правда, распространялось оно исключительно на одного лишь Виктора, даже самым краешком не задевая никого из его спутников.

Старика и девочку «ухорезы» словно, вообще, не замечали, на Тира Мендосу поглядывали с легким ленивым любопытством, видно распознав в нем местного, ну, а те взгляды, в перекрестье которых, словно в лучах софитов, время от времени оказывалась бывшая телезвезда, были весьма специфическими. Если бы Анна была какой-нибудь условной Евой, то уже испуганно трепетала бы и боролась с желанием суициднуться прямо на этом на месте, ну или как минимум — упасть в глубокий обморок, переходящий в кому.

Что поделать — сейчас она являлась переходящим призом победителю. Манящим нездешней красотой и дико желанным, именно своей экзотичностью. Да и черт бы с ним — уж перетерпела бы, как-нибудь, еще одно массовое совокупление. Но только не с этими обезьянами. Боги милосердные — только не с ними! Они еще мерзотнее сучьих тирийцев.

Плечи девушки резко передернуло от нахлынувших воспоминаний и отвращения к возможным перспективам в самом ближайшем будущем. Может быть уже прямо завтра.

Анне захотелось упасть на грудь Виктора, зарыдать в голос и умереть прямо в это мгновение…

ЛОРД

Подождав, пока глаза окончательно привыкнут к темноте, Лорд внимательно осмотрел помещение, в которое их определили дожидаться утра.

Не то, когда-то жилое, не то хозяйственное строение из дерева с крышей из пальмовых листьев.

«Как тюрьма, конечно, никакая. Далеко не нижний уровень 'подкупольного» узилища. Свинтить отсюда — легче легкого. Было бы желание. Однако, куда деть пару оставшихся у входа воинов? Если начать разбирать крышу, то самый легкий, но все-таки неизбежный шум неминуемо донесется до их ушей и открывая дверь они будут наготове.

Внезапной атаки не выйдет. А шанс на успех заключался бы именно в неожиданности. Четыре руки, учитывая руки Мендосы, против двух мечей? Сомнительный результат.

К тому же, хоть этот брат адмирала и заявляет о себе, как о воине — в деле я его не наблюдал. Может, он обычный мажор из знатного рода, пусть и бастард. И командование своим отрядом, который мы разгромили во время бури, заслужил не воинскими удачами, а только лишь благодаря происхождению.

К тому же «ухорезы» безошибочно просчитали, что раз я не бросил своих людей в океане, то не брошу и сейчас.

Да и куда тут бежать-то?

К лодкам?

Во-первых, надо пробиться через охрану, на крики которой со всего поселка мигом слетятся другие бойцы.