Я нажал на рычаг, открывая внешний люк.

В тамбур-шлюз затек запах ночного леса, пылевой взвеси и гари.

* * *

Красный свет заполнял тесную кабину Скавенжера — зловещий, пронизывающий, как предсмертный крик. Монитор, покрытый паутиной трещин, мигал такими словами:

ОШИБКА СИСТЕМЫ

КРИТИЧЕСКИЕ ПОВРЕЖДЕНИЯ

На консоли беспорядочно сверкали индикаторы: перегрев генераторов, отказ гидравлики, потеря давления в теплообменнике, блокировка управления, разгерметизация корпуса.

Иногда что-то вздрагивало и гулко отдавало в пол — некоторые механизмы еще пытались работать. Запах горелой проводки смешивался с кислотным привкусом крови у нее на губах.

Моника приходила в себя.

Она сидела в кресле пилота: дыхание рваное, резкое. Спину сковывала тупая боль от ударов и перегрузок. Плечи ныли от резких рывков на ремнях. Ее чешуйчатое тело в красном свете тревоги казалось кровавым, как будто ее не просто ранили, а варварски растерзали.

Желтые глаза с вертикальными зрачками медленно открылись и моргнули. Аксидианка пыталась собрать обрывки мыслей в пучок. Что произошло? Битва закончилась? Почему она все еще здесь? Как могла проиграть?

Пальцы с острыми когтями вцепились в подлокотники кресла.

Девушка закашлялась и слизала собственную кровь с клыков.

Вина за поражение жгла сильнее любых ран. Она не могла позволить себе сдаться, но ее гиена, ее любимый Скавенжер, лежал поверженный.

Ледоруб их всех покрошит на салат.

Потыкав в коммуникатор, Моника связалась со своими идиотами:

— Газон, что у вас?

— Мони, охренеть! Ты живая⁈ — радостно воскликнул зеленоволосый.

— Да, блин, мертвецы разговаривать не умеют. Доложи обстановку.

— Тут рампа повисла, будто форточка на петлях. Двигательный сустав Челнока поврежден. Джаз пытается напевать. А в остальном, прекрасная мар…

— Заткнись и слушай. Цверги успели забрать не больше трети груза. Вы должны сделать все возможное, чтобы отбить оставшиеся ящики.

— Отбить? Так кто ж за ними сунется? Мы ж, вроде, копов перебили, а эта ржавая изба вообще рухнула на здание завода.

— Чуйка у меня. Раз этот проклятый капитан пошел в бой на этом корыте, лишь бы нас остановить, то наверняка даже крушение его не остановит. Если Волчара живой, то скоро выползет и попытается укусить.

Тут в эфир вклинился низкий бас Джаза:

— Мы его встретим достойно, — и Моника просто физически ощутила, как он сжал стальную руку в кулак.

— Хорошо. Будьте готовы. Отбой.

Моника отключила связь.

Сжав челюсти и издав низкое шипение, она вытащила обломок арматуры, который вонзился ей в бок — одежда немного шкворчала от едкой, кислотной крови. Отстегнула ремни и наскоро обработала рану. Благо аптечка предусмотрительно размещалась в отсеке рядом с пилотом. Немного пены и бинтов, рассчитанных на ее физиологию. Вот, как новенькая, еще повоюет.