Из динамиков раздался спокойный, слегка роботизированный голос портового диспетчера:

— «Избушка», вы заняли позицию. Начинаем процедуру фиксации.

В тот же миг палуба под нами ожила.

Из скрытых гнезд с шипением гидравлики выдвинулись массивные механические «пальцы». Они, словно клешни гигантского краба, с хирургической точностью обхватили каждую из наших «курьих ножек» у самого основания, а затем с титанической силой сомкнулись, намертво приковав нас к палубе.

Я почувствовал себя зверем, попавшим в капкан.

Терпеть не могу это чувство.

Следом из специальных гнёзд по периметру корпуса выстрелили тонкие, но невероятно прочные тензометрические тросы. Их магнитные оголовья с громким щелчком присосались к нашей броне, а затем тросы натянулись, как струны, с низким, вибрирующим гулом. Теперь они готовы компенсировать любую нагрузку при качке.

Мы временно стали частью баржи, единым целым.

— Фиксация завершена, — снова раздался голос диспетчера. — Экипаж Волота «Избушка», в соответствии с протоколом безопасности «Колыбель», сейчас будет произведена временная дезактивация всех ваших оружейных систем. Пожалуйста, подтвердите.

— Что⁈ — возмутилась Шондра. — Они хотят нас обезоружить?

— Спокойно, — остановил я её. — Вайлет, что за протокол «Колыбель»?

— Протокол «Колыбель» — стандартная процедура для перевозки вооружённых Волотов на гражданских судах, — безэмоционально доложила киборг. — Направлен на предотвращение случайных или намеренных инцидентов с применением оружия на борту транспортного судна. Дезактивация затрагивает все внешние системы вооружения: пулемётные турели, ствольную артиллерию и ракетные установки. Внутренние защитные системы и ручное оружие экипажа не блокируются. Вероятность сбоя протокола — 0,03%.

Я потёр подбородок. Мне это чертовски не нравилось.

Связанный и обезоруженный зверь. Но спорить с портовыми властями — себе дороже.

Нам жизненно необходимо попасть на Акватику. Любой ценой.

— Хорошо, — тяжело вздохнул я. — Подтверждаю. Начинайте.

— Принято, — сказал диспетчер.

— Соколик мой ясный, — подала голос Ядвига. — Что же это такое? Бабушка даже не сможет за себя постоять? Ишь! Лезут тут всякие, протоколы свои навязывают! Колыбельную спеть хотят! Бдительность усыпляют! Рискованно это!

— Ядвига, предоставь доступ к внешним узлам, — распорядился я. — Изолируй все внутренние системы. Новые диверсии нам не нужны.

На нескольких консолях на мостике загорелись красные индикаторы.

Я почувствовал, как что-то неуловимо изменилось в самой избушке. Она словно затихла, стала пассивной.