Они подошли и улыбнулись, обнажив ряды мелких, острых зубов.

— Привет, киса, — прошипела одна из них. — Какая ты… пушистая. Не хочешь украсить себя?

Они протянули к Сэше перепончатые руки, на которых висели гирлянды бус из ракушек.

— Смотри, какая красота. Ракушки с самого дна. Каждая шепчет тайны океана.

— Ой, какие блестящие! — глаза Сэши загорелись. — А эти розовые! А эти с дырочкой! Я все хочу! Кити-кити, а у вас есть такие же бусы, но с перламутровыми пуговицами?

— Для такой красивой кисы, — прошипела вторая амфибка, — у нас есть кое-что получше.

Она извлекла из небольшой сумки нитку крупного, хотя и неровного жемчуга.

— Настоящий жемчуг из затонувшего пиратского корабля. Только для тебя, госпожа, со скидкой. Всего сто гриндольфов.

Услышав сумму, я сразу же охренел.

Это среднее месячное довольствие члена экипажа боевого Волота! За побрякушки!

Сэша уже собралась бежать к нам, очевидно за денежным пультом, но тут рядом выросла тень. Шондра, молчаливая и грозная, положила руку на плечо ангорийки.

— Мы не покупаем, — отчеканила она, глядя на амфибок холодным взглядом.

Улыбки сползли с лиц морских торговок.

Они что-то недовольно прошипели, метнули в Шондру злобные взгляды и, развернувшись, стремительно ушли обратно под воду.

— Но почему-у-у? — заныла Сэша, когда турельщица уводила её подальше. — У них были такие красивые бусики!

— Амфибам нельзя доверять, — коротко бросила Шондра.

— Почему? Они же улыбались!

— Они гнусный народ, Сэша. Просто запомни. Никогда не связывайся с ними и ничего у них не покупай.

Шондра не стала вдаваться в подробности. Сэша надула щеки, но её внимание быстро переключилось на волны.

— Ладно! Тогда пойдем купаться! — она засунула беруши на место и понеслась в воду, где уже купалась Ди-Ди.

Я откинулся обратно на шезлонг.

Кармилла тем временем достала флакон с кремом от загара.

— Надо же, — с ехидцей протянула Лекса со своего шезлонга. — Боишься обгореть? Ты ж говорила, что вам, кровососам, солнце нипочём. Старые сказки не врут, выходит?

— Мифы для того и существуют, чтобы путать умы обывателей, дорогая, — лениво ответила Кармилла. — Но даже моя идеальная кожа нуждается в уходе. Волк, милый, — она повернулась ко мне, — будь добр, намажь мне спинку.

— Сама не можешь? — буркнул я.

— У меня руки не дотягиваются, — она томно вздохнула, — а волосами пользоваться на публике, сам понимаешь, не комильфо.

Чистой воды манипуляция. Но спорить с ней утомительнее, чем просто выполнить просьбу. Я взял тюбик.

— Ложись.

Кармилла с довольной улыбкой опустила шезлонг и легла на живот.