— Не-а, — подала голос Сэша, шмыгая носом. — Я пыталась с ним пообщаться.

Мы с Шондрой переглянулись.

— В смысле — пообщаться? — уточнила турельщица.

— Ну, я почувствовала, что он очень одинокий и голодный, — объяснила она, вытирая слёзы. — И я ему сказала: «Привет, большой осьминожка! Не ешь меня, пожалуйста! Давай лучше дружить!» Но он почему-то не хотел слушать. Он такой необщительный!

Охренеть. Кошка не погибла, потому что инстинктивно попыталась установить контакт с примитивным, хищным разумом.

Этот неожиданный ментальный «привет» от его потенциальной еды, должно быть, вызвал у Барнаби короткое замыкание.

Смятение, удивление — этого хватило, чтобы дать мне время.

— А почему он не захотел дружить, кити-кити? — с обидой спросила Сэша. — Он просто начал меня ещё сильнее сжимать.

Я присел рядом с ней на корточки.

— Сэша, — постарался говорить мягко. — Не все хотят дружить.

Она посмотрела на меня огромными, полными удивления глазами.

— Не все? — переспросила кошка, будто я сообщил ей, что небо на самом деле зелёное.

— Нет, — подтвердил я.

— Но… почему?

— Потому что мир полон мудаков, — сказала Шондра.

— Но ты молодец, что попыталась до него достучаться, — быстро добавил я, видя, как Сэшина мордочка начинает дрожать. — Ты спасла себе жизнь.

Она на мгновение задумалась, а потом её лицо просияло.

— Кити-кити! Значит, я всё-таки молодец!

Я вздохнул и поднялся.

— Да, ты молодец. Вот ещё бы не сбегала от остальных и не шлялась по лесу без разрешения — и совсем красава. А теперь пойдём отсюда, пока ещё кто-нибудь не решил с нами подружиться.

Мы уже собирались двинуться вглубь пляжа, в сторону города, когда Сэша вдруг замерла.

Её глаза расширились от ужаса.

— Хики! — пискнула она. — Мой малыш! Он остался там, в лесу!

— Ты и его с собой взяла? — устало спросила Шони.

Кошка сразу же кивнула и посмотрела на меня с такой мольбой, что моё сердце могло бы ёкнуть… не будь оно уже очень хорошо закалено этой пушистой заразой.

Я закрыл глаза. Спасти кошку от гигантского спрута, чтобы потом идти в тёмный лес искать её крылатого лисёнка.

Отдых становится всё лучше и лучше.

— Ладно, — сказал я. — Заодно мою шляпу найдём.

* * *

ЗА ЧАС ДО ЭТОГО (когда Сэша ещё не прокралась на цыпочках к выходу и не слиняла, махнув пушистым хвостом)…

С наступление ночи в «Пьяный Кракен» набилось ещё больше посетителей, чем пару часов назад. Они шумели, спорили, делились новостями и байками про рухнувшего на берег ктулонца.

— Прикинь, как обделался хозяин «Щупальца удачи», — вещал фиолетовый глубляк, — когда этот переросток сунул собственное щупальце в окно и заорал: «НА, ЗАБИРАЙ СВОИ КРОВНЫЕ!»