— Тогда я пас, — Ледзор качает головой. — Этот азиат мелкий как воробышек, но так громко кричит. Щас оглохну.

Между тем чиновник шумно втягивает носом воздух. Рукава строгого чёрного кимоно взлетают, словно крылья, когда он размахивает руками. Его взгляд метается по сторонам. Внимание сановника цепляется за стройку неподалёку. Там воздвигнуты свежие леса. Над двором тянутся перекладины, рабочие снуют между ними. Слышится ритмичный звон молотков, ровный стук долота. Белый камень новых стен ещё не отполирован, но уже складывается в величественные линии, строгие и ровные.

Чиновник невольно задерживает взгляд на колоннаде. Гладкие, ровные колонны уходят ввысь, образуя правильный ритм. Их подчёркивают карнизы, украшенные тонкой резьбой. Сводчатые арки соединяют колонны, придавая ансамблю монументальность. Даже в полуготовом виде видно: фасад тянется к гармонии древних дворцов.

На мгновение чиновник забывает про свой гнев. Он мягко роняет, в интонациях проскальзывает невольное уважение:

— Какой красивый фасад…

Ледзор бросает тяжёлым басом:

— Это наш альв-архитектор работает. Его граф Данила выписал прямиком из Золотого Полдня. Он всё здесь переделывает. А еще теперь и верфи строит, ведь у Данилы здесь появился морской флот… — Ледзор сбивается под хмурым взглядом чиновника. — Ну вы в курсе, хо-хо.

Чиновник качает головой, вновь возвращает себе прежнюю суровость и сосредоточенно произносит:

— Ладно, вернёмся к сути. Согласно древней доктрине, любое тяжелое вооружение у фактического даймё, получившего этот титул благодаря тому, что он увеличил территорию Японии, должно быть согласовано с Императором!

Ледзор по привычке чешет бороду:

— Доктрина, значит… Хрусть да треск…

Чиновник нахмуривается:

— Добавлю, что уже само по себе то, что вы принимаете представителя Императора прямо на стройке, может трактоваться так, будто вы хотите показать: Империю нужно перестраивать!

Зела, не выдерживает и возмущённо восклицает:

— Да откуда вы берёте такие интерпретации⁈ Всё это просто пустые намёки, вы ищете то, чего нет!

— Мы в Японии, воительница-сан, — строго смотрит на альву чиновник. — Любое ваше действие здесь несет в себе скрытый смысл.

— Верно, инспектор-сама, — с крыльца спускается дворецкий Венглад — в идеально выглаженном кимоно, его шаги отмерены. Старик медленно, чинно подходит, каждый жест уравновешен и спокоен, и, опустив голову в глубоком поклоне, произносит сдержанно:

— Верно, достопочтенный инспектор-сама. Это строительство носит в себе глубокий смысл.

— Вот именно!

— Оно демонстрирует факт того, что даймё Данила занят укреплением рубежей Империи Японии. Даймё Данила относится к своей задаче охраны рубежей с наивысшей серьёзностью и полной преданностью.