— Николя, как прошла встреча с великой княжной? — без лишних вступлений спросил монарх.

Николай скривился, будто признание давалось ему физически тяжело:

— Никак. Полагаю, Ольга ко мне не особенно расположена.

— А я слышал другое, — заметил король.

— Нам с тобой навешали лапши на уши, — сухо отозвался Николай. — Ольга держала дистанцию и вела себя холодно.

Король не стал тратить время на обсуждение нюансов:

— Надо же… Впрочем, это мало что меняет. Ты — принц датский, и отвергнуть тебя значит отвергнуть Данию. На дне рождения ты проявишь себя как претендент на её руку. С явным намерением сближения. Это всё ещё наша линия.

Принц невольно кивнул, хотя отец его не видел.

— Верно… но там, возможно, будет Филинов.

Король проговорил с усталым нажимом:

— Мы это обсуждали. Если бы этот Вещий-Филинов хоть что-то значил, ты мог бы свататься даже к его сестре. Но наши аналитики дали однозначный прогноз: Филинов — маркетинговый продукт Царя Бориса. Он пустышка, созданная для отвлечения внимания и перенаправления ударов. Его раскручивают, чтобы светить противников заранее. Ни один правитель не отдаст Золотого Дракона по-настоящему сильному дворянину не из его рода. И никто не наделяет таким количеством земель, как у Филинова, по-настоящему опасного игрока.

Король продолжил, будто повторял доводы, которые сам тщательно продумал ранее:

— Филинов вышел из простолюдинов. И крайне маловероятно, что простой человек смог бы стать правителем Багровых земель. Да ещё во сколько лет? В двадцать с хвостиком? Пф! Логичнее предположить, что фактическим правителем является сам Царь Борис, а Филинов — лишь удобная фигура, которую можно двигать без последствий. Ну и Борис же развил парня до Грандмастера для большей убедительности.

Николай ответил:

— Да, да… понимаю, отец. Если я буду публично настаивать в сватовстве к Ольге Валерьевне, то Царь не сможет предпочесть свою марионетку мне. Никто не отдаёт царских племянниц пустышкам.

— Верно. А других претендентов такого же уровня просто нет, — заключил король, не оставляя сомнений в правильности вывода. — Таким мог бы быть Филинов, если бы не оказался пустышкой. Но это не так. Сын, дожимай русских. Нам нужна Та Сторона с её аномальным мясом и ресурсами.

— Дожму-дожму, отец, — в голосе Николая появилось больше решимости.

Проблема с Ольгой теперь виделась простой: раз уж она не воспылала к нему любовью, он дожмёт их семейку так, что выбора у них просто не останется.

* * *

— Бездна, значит… — повторяю я за Багровым Властелином. Теперь это слово звучало по-другому, больше как что-то поясняющее, да не до конца.