Запросив помощников выяснить сроки выхода в море, Проскурнов понял, что досмотру подлежит только эритрейский сухогруз. Контейнеровоз задерживался на неделю. Связавшись по спецтелефону с заместителем директора федеральной службы безопасности, он доложил свои соображения.

— Хорошо, Виталий Иванович, сейчас свяжусь с адмиралом Небогатько. Дай бог, чтобы не ошиблись. Хорошо хоть, страна не амбициозная, не будет потом вопить о нарушении международного права.

Чурилов отключился. Через десять минут на большой десантный корабль «Адмирал Шапошников» полетела шифрограмма: «Произвести досмотр сухогруза «Аусса» при вхождении в международные воды Красного моря. Объект поиска — женщина 20–22 лет, русская. Приоритет — безопасность объекта по алгоритму 07». Алгоритм 07 разрешал открытие огня для успешного выполнения задачи. Капитан первого ранга Георгий Янковский, прочитав дешифровку, поставил задачу старпому: малым ходом, до двенадцатимильной границы территориальных вод, скрытно до траверза Джидды, средства обнаружения и ходовые огни выключить. Выполнять!

— Есть выполнять! — Старпом взял переговорное устройство: — Рубка, слушай мою команду!..

Корабль лёг на курс, команда спешно заняла позиции согласно боевой тревоге.

Как и всегда, ожидание на меня действовало удручающе. Ко всему, с утра начались месячные, но я понемногу начал мириться с этим неизбежным злом. Когда вечером Ухуд появился на старенькой мазде, за рулем которой сидел его брат, мы Бадром уже два часа сидели как на вокзале, собрав свои рюкзаки.

Рыбацкая стоянка находилась в самом конце порта, где начиналось мелководье. Многие шхуны в отлив садились на мель и поднимались во время прилива. Шхуна Ухуда представляла собой большую лодку с кормовой надстройкой и кубриком на два человека, где стояла газовая плита и был микроскопический санузел, где мне с трудом удалось сменить прокладку.

Шхуна была оснащена стосильным мотором «хонда», но сейчас, экономя топливо, мы вышли в море под треугольным парусом. Отойдя километров на семь от берега, Ухуд опустил в воду ловушки для ловли рыб и членистоногих. Ловля сетями в прибрежных водах запрещена. Затем наживил приманку — и шесть спиннингов заняли свои гнезда по бортам шхуны.

Когда солнце уже почти садилось за горизонт, Ухуд протянул мне бинокль и, показывая на темный силуэт с разноцветными огнями на палубе, произнес:

— Аусса!

Прошло около часа, пока стало понятно, что сухогруз выходит из порта. Ухуд смотал свои удочки и вытащил ловушки. На удочки не попалось ничего, в ловушках было около десятка рыб и три лангуста. Половину он выбросил обратно, объяснив, что они несъедобные.