Мыльный пузырь, родившийся на моих губах во время очередной икоты, окончательно доконал араба. Его смех был близок к истерическому, несколько раз он рубанул рукой по стойке автомобиля, не в силах сдержать эмоции. Наконец он успокоился, вытирая слезы носовым платком. Но стоило ему взглянуть на меня, как новый приступ хохота начинал его душить. Когда это случилось в третий раз, я не выдержал, вышел из машины, громко хлопнув дверью со словами:
— Да пошел ты к черту, тупой араб! — зашагал к видневшемуся неподалеку городу.
Я успел отойти метров на двести, когда меня догнала машина, Бадр обращался ко мне через спущенное водительское окно:
— Саша, садись, хватит сердиться.
— Ты иди, посмейся дальше, коричневая обезьяна, мудак недоделанный. Я твою жопу спасла, а ты ржешь, как конь перевозбужденный.
Зло душило меня, не знаю почему, но этот смех меня достал. Бадр сделал еще несколько попыток и, убедившись, что я не уступлю, перегородил мне дорогу машиной. Выйдя, он вытащил пистолет из-за спины. Передернул его и протянул мне, рукоятью вперед:
— Убей меня, Саша, только не сердись. Я не хотел тебя обидеть, но пузырь на твоих губах, это было очень смешно.
Он из-за всех сил пытался сдержаться, говоря о пузыре, но не смог и снова захохотал, быстро осекшись под моим гневным взглядом. Я проигнорировал его пистолет и, обойдя его, двинулся дальше. Сильная мужская рука схватила меня и развернула к себе лицом. Сила инерции была такова, что секунду спустя я оказался в плотном объятии араба.
— Отпусти меня, подонок.
Свободной рукой я залепил ему пощечину, потом еще и еще. Бадр не шелохнулся. Я старался ударить больнее, даже укусил руку. Араб стоически вынес все это. Когда, устав его колотить, я опустил руки, он внезапно отпустил меня и нежно схватив обеими руками за лицо, закрыл мне рот поцелуем. Инстинктивно я попытался освободиться, но легче было бы вырвать дерево с корнем из земли — и к своему ужасу я почувствовал, как разливается тепло по телу, слабеют ноги и не хватает дыхания.
— Отпусти, — успел промычать сквозь целующие губы, стараясь оттолкнуть араба от себя, но легче было сдвинуть скалу с места. Рванувшись освободился, тяжело дыша стараюсь прийти в себя. Демонстративно сплевываю на асфальт, вытираю губы тыльной стороной ладони, вижу как это неприятно Бадру и радость за маленькую месть греет сердце.
— Если наигрался герой-любовник, поехали дальше, пока не попались на глаза кому не следуют, — сажусь в машину, наблюдая как потухший араб следует за мной.
Глава 23. Мишааль
Джидда расположена на Красном море, в узкой прибрежной пустыне Тихама. С запада город ограничен морем, а к востоку горной цепью Хиджаз, поэтому строительство новых районов ведётся вдоль моря, на север и на юг от исторического центра. Джидда второй по численности город Саудовской Аравии после Эр-Рияда.