— Кто ты?

Этот вопрос меня начал реально доставать. Зияд смотрел на меня опасливо, но без презрения: на Востоке умеют ценить мужество, а то, как я разделался с молодым охранником, попутно отправив в реанимацию принца, не могло не вызывать уважения, пусть и смешанного с ненавистью.

— Обычная русская девушка-студентка, — ответил я устало, — но ты ведь все равно не поверишь. Зачем спрашивать в сотый раз?

— Я спал с тобой в одной кровати, а ты профессиональный убийца. Почему ты не убила меня?

Этот вопрос донимал меня самого, почему я не предпринял попытки убить его? Может, вино и ситуация с оргазмом, доставленным мне принцем, затуманила мне мозг.

— На тот момент у меня не было причин убивать тебя, ты не сделал мне ничего плохого, — отвечая, я понял, что это была правда. — Утром ты меня избил абсолютно без причины, поэтому второй раз не ложись со мной в кровать, не проснешься, — зло добавил я.

— Ты последняя женщина в мире, с которой у меня есть желание спать, — съязвил принц, поднимаясь.

— Ты намекаешь на свою несостоятельность как мужчины? — Мой ответ не уступал по язвительности. Глазки Зияда вспыхнули огнем.

— Секса я тебе обещаю с избытком! — Отвернувшись от меня он крикнул охраннику: — В багажник ее!

Охранник торопливо зашагал ко мне, повозившись, распутал узел. Приятными пощипыванием отозвались плечи и руки, когда освободились от пут и приняли естественное положение. Грубо ухватив меня за шиворот, меня поволокли к машине: снова завязали руки, но уже спереди, и затолкали в багажник. Не церемонясь, охранник прошелся по моим ягодицам, умудрившись пролезть в промежность, пока располагал меня в багажнике машины. Ничего, кроме брезгливости, это не вызвало. Повернув голову, я поинтересовался:

— Понравилось?

Он молча захлопнул дверь, оставив меня в темноте. Лежать пришлось долго, у меня успело затечь все тело. Послышался шум второй машины. Минут через десять моя дверь открылась, меня осветил лучик фонаря.

— Обязательно было в багажник? Она же связана.

Этот голос я узнал бы из тысячи. Бадр! Дверь снова захлопнулась. Прислушавшись, можно было различить голоса Зияда и Бадра. Бадр уговаривал оставить меня здесь до выздоровления Абдель-Азиза, принц же, пользуясь правом сильного, пресек все его попытки, заявив, что никто, лучше него, не посторожит эту сучку до выздоровления его дорогого брата.

Голоса стихли, снова потянулось ожидание, все попытки найти удобную позу не увенчались успехом, таковой просто не было в ограниченном пространстве со связанными руками. Когда я уже потерял всякую надежду, что сегодня мы двинемся в путь, снова послышались голоса. Открылись двери, и машина мягко вздрогнула под тяжесть нескольких тел, севших в нее.