Я смутно помнил времена, когда мог вести себя тактично, осторожно выведывать информацию, плести интриги. Но та часть меня сдохла вместе с куском души. Нынешний я обладал терпением голодного младенца и тактом пьяного слона. Мне нужны были ответы, и мне нужны были они СЕЙЧАС.
— Хорошо, хорошо, — Калипсо рассмеялась, явно забавляясь моим отчаянием. — Раз ты новенькая в моей коллекции, я прощу тебе эту настойчивость. В первый и последний раз. Я люблю баловать своих девочек… в разумных пределах.
Она откинулась на подушках, принимая позу рассказчицы:
— История простая как три копейки. Салиция была молодой воительницей из захолустной деревушки. Лет двадцать назад я со своими ребятами навестила это милое местечко. Разграбили всё, что плохо лежало, вырезали всех, кто сопротивлялся — стандартная процедура. Её семейка попыталась играть в героев. Плохая идея. Салиция выжила только потому, что пряталась в погребе как крыса.
Калипсо сделала паузу, наслаждаясь эффектом:
— Девчонка, конечно, поклялась отомстить. Тренировалась как одержимая, стала бандитом, поднималась по иерархии. План был прост — подобраться поближе и воткнуть мне нож в спину. Милое, наивное дитя. Я знала о её планах с первого дня. Наблюдать за её потугами было… забавно. Как смотреть, как муравей пытается сдвинуть гору.
— Но она же жива! Вон сидит! — я указал на неподвижную фигуру.
— Это не она, дурочка. Настоящая Салиция мертва уже пятнадцать лет. Я лично свернула ей шею.
— Ч-что⁈ Но как… — я почувствовал, как земля уходит из-под ног.
— Есть несколько способов убить человека окончательно, без возможности воскрешения, — Калипсо говорила тоном преподавателя, объясняющего очевидные вещи тупому студенту. — Самый простой — заманить жертву в подземелье. Салиция попыталась устроить мне засаду в одном старом данже. Я её убила и оставила гнить. Души, умершие в подземельях, не возвращаются в общий круговорот — они остаются там, медленно перевариваясь в миазмы.
Она сделала театральную паузу:
— Но некоторые души слишком упрямы, чтобы просто раствориться. Их сила воли, ненависть, жажда мести — всё это делает их несъедобными для подземелья. Такие души подземелье предпочитает не переваривать, а… перековывать. Развращать. Превращать в нечто полезное. Эти искажённые души называются Кармой.
— Карма? — я почувствовал, как что-то щёлкнуло в голове.
Я недавно видел это слово в описании загадочной профессии Подражатель! И вдруг меня осенило как молнией.
— Ты хочешь сказать, что она…
— Именно, умница, — Калипсо кивнула с одобрением учителя, чей тупой ученик наконец понял элементарную задачу. — Душа Салиции провела три года, мариноваясь в миазмах подземелья. А потом вернулась к жизни… как босс подземелья!