А воевода, показывая недюжинные опыт и способности, не стояла на месте, а, постоянно двигаясь, запускала совершенно разные связки, комбинируя различные типы заклинаний.

Вот только я хоть и пообещал ей, что выполню желание, но просто так оставить женщину одну не мог. Не потому, что во мне вдруг взыграли какие-то понятия о чести, о доблести, все те наивные бредни, от которых я пытался оградить собственную сестру.

Нет, просто я понимал: одна Светлана Химеру действительно долго не удержит. А у меня нет волшебных сапог-скороходов, щёлкнув каблуками которых, я бы мог немедленно переместиться за пару километров отсюда. И, расправившись с воеводой, тварь неминуемо доберётся до меня, а это смерть без вариантов.

А значит, единственный шанс — это попытаться сообща если не убить, то ослабить её и сделать так, чтобы она не смогла вести дальнейшее преследование.

Выхватив револьвер, я отщёлкнул барабан, начиная внедрять заклинание в первую из пуль. Но не огненный шар. Этот тип магии действовал на Химеру слабо, как и любые другие стихийные заклинания, что, впрочем, было неудивительно. Грифоны моего мира имели сильную сопротивляемость к этим видам воздействия. Хорошо на них действовала только магия смерти, но таковых заклинаний в моём распоряжении не было, как и магов, которые бы могли им обучить. Поэтому я в первую очередь решил ударить по тому, что могло быть у этой твари слабым местом, а именно по выпученным, налитым кровью буркалам.

— Глаза! — крикнул я Светлане, надеясь, что она поймёт меня.

После чего, прицелившись, выстрелил прямо в химеру. Та тоже не стояла на месте, перемещаясь огромными прыжками, пытаясь достать женщину, разбрасывая лапами комья земли с корнями и травой во все стороны. Но всё же она была достаточно большой, чтобы я смог подловить её и попасть в морду. Вспышка больно резанула даже сквозь прикрытые веки, и тварь издала ещё один крик, в котором к ярости примешалась добрая порция боли.

Ага, не нравится, сука? Всё же у птиц зрение куда более чувствительное. И несколько секунд после такого химера только и могла, что мотать из стороны в сторону клювом, пытаясь прийти в себя. А я, не теряя времени, зарядил вторую пулю громовым раскатом и ударил прямо по слуховым перепонкам. И этот урон тоже прошёл, отчего ту пошатнуло к моей вящей радости, но, к сожалению, оглушив не настолько сильно, чтобы она совсем потеряла ориентацию в пространстве.

— Слава, зачем? Уходи! — снова крикнула мне воевода, но я только сосредоточенно принялся внедрять в третью пулю новое заклинание.