И тут от убитой крысы словно потянулась ко мне тоненькая струйка маны. Я, скорее, почувствовал, чем увидел это, и одновременно с этим испытал новое чувство дежавю. Ощущение от этой микроскопической капли были такими знакомыми, словно я встретил давнего друга, которого не видел очень долго. Целых восемнадцать лет, если быть точным. Потому что это была мана моего прошлого мира.

— Неужели?..

У меня перехватило дыхание, когда я вновь, уже совсем другим взглядом, обвёл мрачный пейзаж. Моего мира. Вернее, его малюсенькой части. Но что произошло? Неужели он теперь такой весь? Судя по тому, что зон порталов на Земле было далеко не одна и не две, вывод напрашивался сам собой. Похоже, мой прошлый мир был уничтожен, и от него остались только вот такие осколки, наполненные изменёнными животными.

Но много времени на осмысление этого факта мне не дали.

Потерявшая меня, когда я заскочил в портал, Химера всё же нашла проход, и из марева за моей спиной показался разинутый клюв одноглазого, с бурыми потёками вокруг одной из глазниц, существа.

Одновременно почуяв и увидев меня, повернув голову здоровым глазом, она прыгнула вперёд, что я едва успел перекатом уйти в сторону. А затем мне снова повезло.

Химера, а вернее, теперь уже без сомнений, грифон, изменённый той же силой, что разрушила мир, перелетел площадку, приземлившись на склон, не удержался и кубарем покатился вниз, оглашая окрестности неистовым криком.

Я тут же вскочил, лихорадочно заряжая очередную пулю в барабане, но внезапно резко изменившаяся тональность птичьего клёкота заставила поднять голову.

И посмотреть там было на что.

Прямо у подножия холма местность резко становилась болотистой, и рухнувший прямо в вязкую жижу грифон, беспорядочно трепыхаясь, пытался выбраться из неё. И вроде бы до твёрдой земли было едва ли с десяток метров, но добраться он не мог.

А затем я увидел, что ему мешало. Всё немаленькое тело кольцами обхватывали толстые щупальца, покрытые загнутыми, словно крючки, когтями. Прямо на моих глазах из трясины вылетело ещё несколько штук, и туша опаснейшей твари стала медленно погружаться. Клёкот затих. Некоторое время ещё доносилось негромкое бульканье, но вскоре прекратилось и оно.

— Кракен, — пробормотал я, — неужели это он?

В моём мире подобными щупальцами обладали только морские кракены, гигантские кальмары, выведенные светлыми для нападений на наши суда. Вот только морем здесь и не пахло. Впрочем, может, оно тут и было когда-то, но теперь осталось одно болото.

А злая ирония была в том, что одна светлая тварь сожрала другую светлую тварь. И буду честен, это радовало мою тёмную душу.