— Мои полномочия?

— Обсудим. Но в рамках задач.

— А они…?

— Пока сбор информации, — я решил пояснить. — Как внутри страны, так и за рубежом. Уже есть несколько конкретных направлений. Наши союзники, некоторые из европейских стран.

— Хм, — лицо генерала вытягивается, — так это политическая разведка, Леонид Ильич!

— А вы считаете, что она партии не нужна?

Грибанов задумался. Я ведь сразу указал, что он будет ходить по тонкому льду. А куда деваться? Он соглашается:

— Ну, если вы так считаете…

— Да, считаю. Имеются некоторые тенденции, вызывающие у меня серьезные опасения. И мне не хочется привлекать сюда посторонних. Да и сами просчитайте, сколько спецслужб у нашего главного противника. У нас ведь не меньше направлений. Их необходимо диверсифицировать.

Генерал деловито кивнул:

— Когда приступать?

— Прямо сейчас. Жду через неделю примерный список штата, — загибаю пальцы. — Специалисты по контрразведке, разведчики, аналитики, технари. В ваше распоряжение будут направлены самые современные технические средства. Если потребуется, купим вам американский полиграф. О нем мы еще поговорим.

Грибанов задумался. По глазам, видно, что уже прикидывает сколько и где брать. Наконец, созрел для вопроса:

— Леонид Ильич, можно чуть конкретней о ближайших задачах?

— Внутри страны вашим объектом наблюдения станут несколько деятелей из ЦК. Меня вдобавок крайне интересуют связи вот этого человека, — показываю карточку с физиономией Пономарева Бориса Николаевича. Выходца из Коммунистического информационного бюро, которое ликвидировали после XX съезда КПСС. Именуемой некоторыми политической разведкой ВКПб. Затем отдаю ее свежеиспеченному руководителю моего Информбюро. — Хотелось бы через неделю увидеть вместо этой карточки пухлую папку.

Генерал ошеломлен, но кивает:

— Сделаем, Леонид Ильич.

— Встречу я назначу сам. И за это время мы подберем вам помещение и выделим фонды. Свободны.

Контрразведчик четко, по-военному вскочил, попрощался и отбыл. Такая дисциплина мне нравится.

Я специально выглянул в окно. Грибанов не сразу сел в машину, а несколько минут подышал свежим воздухом. Видимо, только сейчас осознал, во что влезает, но на попятную идти поздно. Иначе дальше полное забвение. Страшная судьба для деятельного человека. Раздался звонок. Это был начальник Генштаба Захаров. Просит заехать к нему послезавтра. Министр Обороны и его заместители неожиданно препятствуют ему в подготовке к нашему прямому участию во Вьетнамской операции.

«Это что еще за на фиг? Малиновский совсем офонарел⁈ Ну я ему строю внезапные учения!»