Глава 7 Начнем что ли царствовать? 19 февраля 1965 года. Старая площадь. Москва
Сны и этой ночью по заведенной традиции снились дурацкие и, как ни странно, проснувшись, я их отлично помнил. Память настоящего Ильича барахтается где-то в закоулках моего подсознания. Я так и не пойму, он сам откинулся или мой приход помог. Но никто правды не расскажет. Так что существую дальше, как Первый секретарь Центрального комитета Коммунистической партии Советского Союза. Не сказать, что мне так нравится вместо заслуженного отдыха вкалывать с утра до ночи, да еще в теле пятидесятидевятилетнего мужика. Уж лучше в сантехники молодые попасть, там бы я развернулся! Афоня в моем исполнении стал бы невъепенным альфа-самцом и бабла срубил нехило.
Тут же приходится осмысливать прокачанное ночью. Как товарищ Брежнев явился раньше других в банкетный зал, где готовились отмечать праздник после парада Победы. Как, зарядив для храбрости стаканчик, пробрался поближе к «отсеку» президиума, где должен вскоре появится товарщи Сталин и случайно опрокинул там стул с горкой запасных тарелок. Вот было шороху среди персонала! Ильич и сам так вспотел, что вышел прогуляться по Кремлю. Видимо, это его и спасло от разборок. В тот вечер много там кого шарахалось. С большими звездами и орденами на груди. День фронтовиков!
Потом они с Покрышкиным гуляли в ресторане «Москва» и когда их стали выдворять после 12 ночи, Покрышкин извлек пистолет и начал стрелять в потолок. Кто-то позже рассказывал, что наутро об этом доложили Сталину. Тот отпарировал по-свойски: «Герою можно!» Однако Ильич у нас позер и дебошир! Что еще такого в его памяти ни хранится! Не дай бог, всплывет не вовремя. «Добрый дедушка Ильич» на самом деле самый интересный правитель России двадцатого века. Остальные перцы скучные или серьезные до невозможности. ЕБН уже перебор, деятель Смуты. Про снуло-рыбьего из будущего лучше не вспоминать.
Мой утренний довольно бодрый цигун в зале произвел среди охраны некоторый фурор, как и позднейшее обтирание снегом на улице. Благо он тут точно чистый. Ильич как мужчина еще не развалина, всего пятьдесят девять лет, выдержит. По утрам даже некоторая флуктуация в причинном месте наблюдается. Не хватало еще всретиться с его потенциальной любовницей при нелепых обстоятельствах. Об этой стороне бытия жизнерадостного Генсека я как-то не очень осведомлен. Замысловатую гимнастику мне объяснить было просто. Все вчера видели Кима. А для наших что кореец, что китаец — одни образины. И я еще заметил изменившуюся моторику тела, понаблюдав за собой в зеркале. Характерные жесты, мимика. Это уже от реципиента. Он все-таки южный человек со своеобразным темпераментом. Часто машет руками, смеется. Такой стиль поведения замечали и руководители иных государств. Им был интересен этот странный «Советский»!