— Эта та самая, которой ты в кинотеатре помог! — воскликнула Лена. — Значит, она всё-таки послушалась?

— А вы уже и в кино вместе были? — прищурился Терентьев. — Константин, да вы вообще всё на свете решили успеть. Уважаю! В общем, не зря её отправили, ей надо выскабливание делать. Уже положил в гинекологию.

Я рад, что она всё-таки послушалась и добралась до врача. Как и с Горбуновой, надеюсь, теперь в их рацион снова вернётся мясо.

Терентьев ушёл к себе, а мы решили допить чай. Тему социальных сетей Лена больше не поднимала, и я решил пока её не расспрашивать. Захочет — сама расскажет, что там вообще произошло.

После перерыва я забрал анализы Сидоровой, которые подтвердили диффузный токсический зоб, и вызвал ей эндокринолога. Скорее всего, ей назначат терапию радиоактивным йодом, плюс, разумеется, самим эндокринологическим аспектом.

Я закончил с пациенткой и отправился сдавать историю болезни Зубову.

— Всё правильно, как обычно скучно, — вздохнул он, пролистав документ. — Можете идти домой, дежурить всё равно оставлю Болотова.

— Разобрались с пациентом? — поинтересовался я.

— Ага, — кивнул тот. — Пришлось ему действительно сдавать этот мазок, так как нельзя ронять в глазах пациента достоинство врача. Совершенно ненужный анализ!

Зубов был хорошим наставником, а потому не мог сказать пациенту, что обследование ему не требуется. В этом случае он всегда был на стороне интернов, ругал нас только наедине.

— Ну, зато профилактическое обследование прошёл, — пожал я плечами. — Пользы всё равно больше.

— Он бы обошёлся и без этого, — буркнул Зубов. — Ладно, идите.

— До завтра, — кивнул я.

В ординаторской вещей Лены уже не оказалось. Видимо, решила сегодня уйти пораньше. Поэтому я тоже собрался и сразу отправился домой.

* * *

Сегодня великий день! И пусть этот Родион только попробует сказать, что эти водяные часы ему тоже не подойдут. Жуков уже потратил слишком много денег на все эти приготовления, Сильф в этот раз запросил оплатить ему всю дорогу, отель в Риме, да ещё и за работу деньги взял.

Какой-то вор отдыхал в Риме, пока он, барон Жуков, торчал здесь в мучительном ожидании!

Он вызвал к себе Родиона и некроманта, и вскоре оба явились.

— Вот часы, — самым доброжелательным тоном проговорил Михаил Игнатьевич. — Теперь вы сможете найти душу?

— Да, я чувствую в них нужную мне энергию, — выставив вперёд правую руку, кивнул Родион. — Я смогу определить местоположение души, с радиусом…

— До двадцати километров, — торопливо закончил за него Жуков. — Начинайте!

Родион пожал плечами, закрыл глаза и принялся за поиски. Это оказалось тоже небыстрым делом, стоял он так минут тридцать.