— Ну!

— Что «ну»?

— Давай раздевайся и делай! — притопнула маленькой ножкой.

— Я? Делать что? — Санек не то чтобы удивился, но…

Черт их знает, местных. Если у них часть населения на четырех ногах бегает, то, может, и секс какой-то особенный?

— Ну не я же! Ты — мужчина! Знаю, что делал уже это! Много раз!

Интересный голосок. Картинка мозга на руке Санька посветлела.

Ментальное воздействие. Это кое-что объясняет. Выходит, повиновение солдатиков обусловлено не только их глубоким уважением к будущей королеве.

А вот с Саньком менталистке не свезло. Или, наоборот, повезло. Единственная ее магия, которая сейчас срабатывала, — обычная женская. Вернее, девичья.

— Ты права. Делал. А ты — нет?

— Конечно нет! — опять топнула ножкой. Возмущенно: — Я же только-только через трансформу прошла! Даже еще не до конца прошла, — поправилась она. — Прохожу. И для того, чтобы набрать силу, мне нужна твоя сперма.

— Чего? — Санек слегка напрягся.

Один «набор силы» он уже видел.

Когда относительно небольшая и по-своему милая почти собачка жрет как не в себя и превращается в трехсоткилограммового бронированного монстра.

Нет, так-то Санек не против. Пусть и эта превращается.

Но без его, Санька, сексуального участия.

Подобная перспектива так напрягла, что напряжение другого рода немедленно сошло на нет.

— Ты боишься? — уже не сердито, а удивленно проговорила Евгения.

Точно менталистка, или как там это называется.

— Ты боишься! Почему?

Санек подумал немного…

И сказал правду.

— Да нет же! — воскликнула принцесса. — Какая броня? Ты дурак, что ли? Я же человек! Я — чистая линия! Как ты!

То же «ты дурак?», которое Санек слышал недавно от Неженки, причем сказано было ровно с такой же интонацией. И Санек понял. И принцессу, и то, что сейчас происходит.

Сразу стало просто.

— Сядь! — велел он, легонько подтолкнув девушку к сиденью-диванчику. — Может, ты и чистая линия, — проговорил он ласково, — но сама не сказать чтобы чистая. Дай-ка сюда ножку!

Вытянул из разорванной пачки, валявшейся на скамье, салфетку и аккуратно обтер маленькую ступню. Принцесса поджала пальчики и хихикнула. Щекотно.

— Вторую давай.

Одной салфетки хватило. Грязь она сорбировала отлично. Высокие технологии, небось.

— Теперь передние лапки… — проворковал Санек.

— Лапки? — томным голоском проговорила принцесса. — Кому еще ты лапки вытирал?

— Тебе первой, — заверил Санек. — А теперь встань и подставь спинку. А теперь грудкой повернись.

Кожа у нее идеальная. И молочно-белая. С пупырышками от холода. А может — от возбуждения. Соски превратились в крохотные горошинки. Когда новая влажная салфетка прошлась по животу, девушка вздрогнула. Но не отстранилась. Санек знал: ей чуть страшновато, хоть и не подает виду.