— Илья, вы сказали: «То, что делает тебя сильнее, обязательно захочет тебя убить».
— А ты сказал, что слышал иначе.
— Ага. А можно спросить, что вы имели в виду?
— То, что сказал. Всё, Александр! Разговор окончен. Дальше сам. И вот что… Заглядывай в бездну почаще. Привыкай! — Илья звучно хлопнул Санька по плечу. Основательно приложил, больно. И непонятно, как у него это получилось: между ними как было метра два с хвостиком, так и осталось. — Свободен, игрок! И о парне, который бывший Контролер, не забудь. Реши с ним.
И пропал.
То есть вообще пропал. Только что стоял — и нет.
В комнату заглянул Контролер. Старший.
— Чаек допил? — поинтересовался он не слишком дружелюбно. — Тогда на выход, игрок. Здесь тебе не бистро.
Игрок четвертого уровня Илья, прозванный Щитоносцем, наконец позволил себе расслабиться.
Тяжело ему дался разговор.
Развившийся до четвертого уровня ментальный артефакт, который он сам же подарил химере, не позволял прямых воздействий даже ему, своему создателю, а непрямыми…
Это как усаженному в капитанское гнездо мжсистемного прыгуна пятилетнему ребенку частную теорию относительности объяснять.
И при этом нести полную ответственность за его действия, если тот поймет неправильно и разрушит прыгун.
Химера! Сверху — «двойка», а внутри… А внутри невозможным образом привязанный к игровой метке космический штурмовик из соседнего сектора с третьим допуском. И полный хаос во временных линиях. Химера же. И как, извольте объяснить, провидеть вероятности? Да и нужно ли? Когда на макушке Спасской башни вдруг обнаруживается ребенок, первый вопрос не как он туда забрался, а как его оттуда снять.
Вот этим ему, локальному координатору Контрольной Службы Свободной территории Север-Черный, и надлежит заниматься.
И судя по скалярному росту личного рейтинга, у него получается.
Теперь бы еще провидеть, кто именно стоит за двойкой Владимиром.
А кто-то точно стоит, раз из его вероятностных нитей у самого Щитоносца такой колтун образовался.
Глава 34
Глава тридцать четвертая
Вызов
Свободная территория
Только Санек нацелился проведать родную территорию Мидгард, чтобы узнать, как там подруга сердца и прочих органов, как подруга заявилась сама.
Потная, пыльная, насквозь средневековая воительница, вернувшаяся из успешного вика: туго набитые сумки и кошели, золото на руках, пальцах, шее, одежде, поясе. Там же, на поясе, средних размером мечуган, поперек лба — розовый шрам, совсем свежий.
— Кыш! — Алена решительно оттолкнула кинувшегося обниматься Санька. — Руки убрал! Сначала душ! Горячий! Потом ванная. С пеной, блин! Розовой! Мечтала почти трое суток, если хочешь знать!