— Позвольте мне, Римус.
Поднимаю руку, останавливая его:
— Спокойнее, друг. Мы же не злодеи. Верно, Лия?
Девушка интенсивно кивает, улыбается. Я хоть ей и обещал страшное шоу, но она пока видит только «хорошее». Наивная. Всё только начинается.
Торн опускает руку:
— Он ничего не расскажет, Римус. Я знаю таких. Он и правда боится своего вожака. Даже… хм… пытки не всегда помогают.
Не помогают? Странно…
Киваю. Беру табурет, сажусь перед Херусом.
— Интересно… Этот утырок и правда многое повидал. Ты смотри, какая у него рожа матёрая. Им бы еще мозгов побольше, может, и не влипли бы в неприятности. Скажи, Херус, ты дурак? Зачем стал нарываться на тех, кто вам деньги отваливает?
Меня это и правда интересует. Прямо глупость какая-то.
— Тебя спросить забыл, в чью жопку мне вставлять, — косится ла Лию.
Еще странность. Я не чувствую от него перегара. Хотя был уверен, что они пьяны.
Игнорирую бессмысленно хамство, улыбаюсь:
— Как интересно… С тобой очень приятно иметь дело. Кстати, Черпак такой же суровый, как и ты? А, Херус? Может, он посговорчивее будет?
Херус смачно харкает мне в лицо, но я был к этому готов. Видел, как он щеками перебирал, накапливая слюну. Смещаю голову, тягучий плевок улетает за спину.
— Хер у него точно побольше твоего стручках, сучёныш.
Пожимаю плечами:
— Так что, мой друг значит прав? Вы оба боли не боитесь?
— А ты проверь.
И скалится. Надо же. Не думал я, что какой-то бандюган будет таким бесстрашным. Может, я что-то не понимаю в характере таких утырков? Думал, таким только нож покажи, они их крутых мужиков превращаются в милых пай-мальчиков. Все гопники одинаковые. Типа крутые, а стоит чуть прижать — пищат и зовут маму.
Лия вздыхает, берет тряпку со стола, идёт вытирать харчок. Да ну!
— Лия, ты чего делаешь?
— А? Ой… Ну… грязно же.
— Вы этой тряпкой стаканы протираете!
Не готов я был к такому суровому средневековью. А-а-а! Я же пил эль из этих кружек!
— Ну… да… и пол, и стол, и всё-всё-всё. Я что-то делаю не так, Римус?.. Господин…
Да! Да-да! Да-да-да! Ты что-то совсем не так делаешь! Твою ж… девочка, как ты умудряешься следить за собой, но при этом так относиться к чистоте⁈ Перевожу взгляд на Торна. Не может же быть чтобы у всех тут было всё так плохо с восприятием санитарии.
Уголки губ Торна приподнимаются. Слава проклятым артефактам, он меня понимает. Есть ещё будущее у этого мира стафилококков и глистов.
Резко встаю!
Лия вздрагивает, отбрасывает в сторону тряпку:
— Простите, Римус! Простите! Я не буду протирать!
Пару раз моргаю:
— Лия, ну хватит. Я на тебя не сержусь. Просто кое-что заметил.