— А вот это… приятный бонус, мой друг. Представляешь, что обо мне говорить начнут? Сказка, а не репутация.

— Сука-а-а-а-а-а! Чё надо⁈ Спрашивай!

Не обращаю внимание на утырка. Торн задумчиво чешет лоб:

— А вам нужна такая репутация?

— Мне только такая и нужна, мой дорогой друг. Репутация убийцы, который не убивает. Репутация садиста, который не пытает. Наверное. Правда ведь, Херус? К тебе это не относится, не переживай.

— Нахер пшел! Нахер! А-а-а!!! Чё надо⁈ Про Стилета рассказать⁈ Чё рассказать⁈ Тебе он нужен! Убери от меня этого козла! Сука!!! Убери козла!!!

Торн сводит брови, смотрит на Херуса:

— Что-то он совсем буйный. Странно.

— Вообще не странно. Я тебе потом расскажу почему он такой. После того, как… повеселюсь с ним. Предупреждаю, то, что я сделаю вы нескоро забудете. Это может изменить вас. Вы точно хотите это увидеть?

Херус пытается вырваться, орёт.

— Хм… да.

— Да! — почти одновременно с Торном откликается Лия. Девочка бледная, трясется, но ведь смотрит. Молодец, есть в ней немного пороха. Психика сильнее, чем кажется.

От очередного ора Херуса Черпак вздрагивает, открывает глаза. Моргает, поворачивает голову на коллегу. Охреневает от его состояния, и…

Получает в морду на этот раз от меня, выпадая в мир грез. По челюсти я тоже бить умею:

— А ты пока поспи, мусор. На закуску пойдешь.

Так, сколько там уже времени засаливаются его ноги? Рано, конечно, но мы… почти никуда не торопимся. С большим трудом вытаскиваю копыта брыкающегося Херуса, убираю ведро.

Встаю. Ударом ноги в грудь опрокидываю бандитов вместе с лавкой. Слышу хруст за спиной Черпака — там, где у него связаны руки.

— Упс, — развожу руками.

— Руку сломали, — констатирует Торн.

— Я, честно, не хотел. Так, ладно…

Фиксирую копыта Херуса, чтобы не дрыгал ими. Теперь его грязные и мокрые стопы смотрят прямо на меня.

Посвистываю колыбельную, подхожу к козлу, хватаю за загривок, отвожу обратно к Херусу. Тыкаю мордой в соленую пятку. Козел с большим удовольствием начинает вылизывать её шершавым языком.

— С-с-с-сук-а-а-ахахаха-хах-ха! Ах-ахха-аха! Хва… хахах! Хватит! Ахаха!

Лия не выдерживает истеричного смеха Херуса, сама начинает нервно смеяться. Торн сначала тоже скупо выдавливает улыбку, а потом… перестает. Бандит просто захлебывается смехом, задыхается и плюётся. Лия пока не поняла, что происходит, хихикает вместе с ним.

Мы с Торном пересекаемся взглядами:

— Да, друг мой, ты все правильно понял. Рассказать, почему он был таким бесстрашным, и что сейчас чувствует? Или пусть это останется тайной?

Под истеричный смех Херуса и хихиканье Лии Торн кивает.