— Голицын, — коротко представился мужчина. — Петр Алексеевич.

Секретарь равнодушно — вежливо кивнула, явно не испытывая никакого трепета при звуках Древней Фамилии.

— Присаживайтесь, пожалуйста. Константин Дмитриевич примет вас в двенадцать часов.

Мужчине даже пришлось напомнить, что в этих стенах в отношении него правило «когда пришел, тогда и счастье» не действует. Назначено на полдень — сиди и жди. А ведь местный властитель еще и опоздать себе позволить может…

Голицын развернулся к гостевым креслам и едва не скривился, увидев там представителя СИБ при Классах. Он и так был практически уверен, о чем именно пойдет речь в стенах этого кабинета. Теперь же убежденность была абсолютной.

— Илья Петрович, — коротко кивнул Светлейший князь, внутренне чуть кривясь от необходимости приветствовать «простолюдина» как равного.

А ведь еще при его родичах таких на столбах развешивали, а то и крепостными обращали.

— Петр Алексеевич, — попытался перещеголять секретаря их общего господина служивый.

— Илья Петрович, — в том же тоне откликнулся Голицын.

Конкуренция между ними была всегда. И Долгорукого — младшего это более чем устраивало. Они словно уравновешивали друг друга, наблюдая не только за безопасностью будущего империи в Классах, но и за друг другом.

Извечный спор клановцев и аристократов с людьми государевыми… С одной стороны, вековые традиции и сложный клубок взаимных обязательств, с другой — способная нагнуть кого угодно сила и власть… Вот только по одному, не всех вместе.

— Господа, — негромко позвала Ульяна, на миг оторвав взгляд от монитора. — Константин Дмитриевич вас ожидает.

Мужчины синхронно поднялись с гостевых кресел и вежливо кивнули. С этой милой девушкой грубить вообще никому не рекомендовалось. Последняя линия обороны ее сюзерена, как-никак. Отбор и подготовка — соответствующие.

Внутри «гостей» уже ждали. Цесаревич и «полковник Петров».

— Присаживайтесь, господа, — потребовал Константин Дмитриевич.

Холодный тон, задумчивый взгляд… не самые лучшие признаки для начала беседа. Это понимали оба вошедших.

— Итак, — тут же взял быка за рога Долгорукий младший. — Илья Петрович, ваша просьба будет удовлетворена. Отныне контроль над охраной Классов переходит вам. Это НЕ исключает работу Дружины. Однако командование…

— Константин Дмитриевич! Традиции!.. — тут же взмыл с кресла, на котором едва успел устроиться, Голицын и… замер.

— Не стоит, — прожурчал над его ухом нежный голос, а миниатюрная, но неожиданно сильная ладонь вежливо помогла Светлейшему князю вновь занять свое место.