— Да, Алексей Владимирович…

Негромкий голос Волконского заставил замолчать всех. Кое-кто из зрителей постарался даже не дышать.

Процессия замерла.

— Слушаю вас, Павел Анатольевич, — спокойно ответил Тюфякин, словно и не на его плечах сжались сильные пальцы профессиональных убийц.

— Старый друг вашего деда ищет встречи, — лениво процедил молодой человек, словно ему и дела не было до всех присутствующих. — Он скоро прибудет. И будет крайне разочарован, если не застанет вас.

Алексей замер. На миг. Что за друг? Как лучше поступить⁈

— Благодарю, — чуть склонил голову он. — Я вас услышал.

Павел безразлично кивнул и снова обернулся к Инне, делая знак девушке продолжать.

— … Основная задача вычислительных центров: совместная работа с группами планирования и разработки… — продолжила Инна столь спокойно, словно и не она сейчас видела брата в последний раз.

Алексеев застыл. Они явно что-то задумали. Но что же⁈ И этот «друг деда»… Кто он?

В его существовании Георгий Романович не сомневался. Но вот все остальное…

Тревожно взвыл коротким сигналом планшет помощника «небожителя». Прохор уткнулся в экран и уже через миг, позабыв обо всем, сунул гаджет под нос опешившему сюзерену.

Впрочем, пообещать медленную и мучительную смерть адъютанту клановец не успел. Происходящее было действительно важно. Крайне. На посадку заходил вот уже третий глайдер. На этот раз с гербами и опознавательными знаками. Горюновых и «Медведей».

— Сильно, — медленно поднял взгляд он.

Интересен ему был только Волконский.

Молодой нахал беззаботно пожал плечами. Мол, ничего особенного!

— Павел Анатольевич, вы в курсе, что Армии запрещено действовать в границах империи? — с нажимом спросил он.

Вот и все. Пошла игра на грани. Пусть и завуалированная, но это угроза. Мол, здесь и сейчас вы «отбили» Алексея Владимировича. Но как планируете защитить Семью? Да, скоростные десантные глайдеры «Медведей» легко перехватят уже выдвинувшую к особняку Тюфякиных полусотню наемников. Но что на это скажет император? И вновь да, политическое влияние каждого из присутствующих огромно. Но что сможет ли оно остановить штыки «диких гусей» здесь и сейчас⁈

Волконский позволил тени удивления скользнуть по своему лицу. Мол, кто таких вещей не знает в империи⁈

— Естественно, Григорий Романович, — бросил он с легкой ноткой пренебрежения в голосе.

Однако больше никак свой ответ «разворачивать» не стал, вновь отвернувшись к сестре пленника Алексеева.

— Ах да, — негромкий голос Волконского, словно бы только сейчас вспомнившего что-то очень-очень важное, многих заставил вздрогнуть. — Вика, блин, ты еще здесь⁈