— Прибыли, госпожа Волконская, — обернулся к девушке пилот.

Красавица кивнула и вышла из летучей машины. Следом за ней потянулись три человека из созданного ею же самой отдела. Команда была чуть «пришиблена» путешествием на «взаправдашнем» клановом транспорте. Такие нередко показывали в кино, но в жизни глайдер был еще роскошнее.

Света же хмыкнула. У брата все было под контролем. Хотелось даже мысленно добавить нечто вроде «как всегда», но она побоялась сглазить.

Примерна половина импровизированных «парт» были еще заняты. С десяток мужчин что-то увлеченно строчили на нелинованных листах. Кажется, усердия им прибавляла буквально «стоящая на душой» Юсупова-Волконская, скрестившая руки на груди и хмуро наблюдавшая за собравшимися.

Уже справившимся с «писаниной» предложили отдохнуть за «партами». Однако все предпочли скучковаться чуть в сторонке под внимательными взглядами бойцов гарнизона. Подальше от раздраженной одаренной. Ведь от нее буквально шибало во все стороны недовольством и неоформленной Силой.

— Идиллия и все при деле, — хмыкнула Светлана, подойдя к «принцесске».

Вид она притом умудрялась сохранять столь надменный и холодный, что кое-кто в два раза быстрее принялся накидывать строки на бумагу.

— Чем еще заняться посреди ночи, — в тон ей ответила «уралочка».

Она, конечно, переборщила. До полного «блэкаута» еще было далековато. Но на улице уже было достаточно темно, чтобы Павел отдал приказ об установке нескольких мачт с прожекторами, чтобы собравшимся было удобнее топить друг друга.

— Почитай! — предложила несостоявшаяся жена Шута, протянув одну из «исповедей» аналитику.

Без особого желания та приняла лист и вчиталась. Огневке не нужно было дополнительное освещение, чтобы во тьме разглядеть каждую букву. Дар позволял и не такие вольности. Но вот текст ей, что называется, не зашел. Люди топили друг друга и выгораживали себя — ничего нового.

— Нормально, — оценила та, грустно вздохнув.

«Топили» друг друга бывшие партнеры по «коалиции» самозабвенно и с выдумкой. Информации было не просто много, а целое море… «выхлебывать», которое предстоит ей лично и ее отделу. Зато по итогу столько должно было вскрыться…

— Потом посмотрю, — раздраженно отмахнулась Волконская, возвращая «писульку» подруге.

Та только плечами пожала. Ей развлекаться с особо удачными перлами собравшихся еще не надоело. Она даже прерывалась на время, чтобы насладиться отдельными особо удачными местами. К моменту прибытия Волконской она как раз наслаждалась фразой, начинающейся со слов: «Невинный я, аки агнец Божий…». А