Несколько секунд цесаревич размышлял над такой иезуитской логикой. Конечно, ее можно было развалить всего парой фактов. Но к чему? Опричник и так прекрасно осознавал шаткость своих доводов.

— «Око» сообщила мне о создавшейся ситуации, — перешел к делу Долгорукий. — И от твоем решении.

Павел кивнул. Кто бы сомневался. Настя в первую очередь служила канцелярии и Трону. И молодой человек всячески старался, чтобы конфликта интересов не возникало.

Тем более, это было удобно. Половину отчетов можно было не писать, просто выложив Мыши все свои планы.

— Я считаю это лучшим выходом, — коротко проинформировал сюзерена Волконский.

— Хорошо, — неожиданно решил Константин. — Делай. Даю добро.

Павел выдохнул. Все-таки он не был уверен, что…

— Российская империя не пользуется террористическими методами, — спокойно объяснил будущий правитель.

Лукавил, конечно. ЛЮБОЕ государство использует самые разные «подходы» для достижения своих целей и во имя сохранения жизней граждан. Вопрос в пропорциях.

— Павел Анатольевич, личный интерес, если позволишь, — неожиданно выдал Долгорукий.

Хотя Волконский был почти уверен, что вот-вот услышит короткие гудки прерванной связи.

— Слушаю, Константин Дмитриевич.

Всяк, кто побывал у «верхушки», прекрасно знает, что просьба «большого человека» зачастую имеет куда большую силу, чем прямой приказ.

— Ты не опасаешься, что на площади встреча с этой убийцей может и повториться?

Павел задумался.

— Нет, не опасаюсь, — спокойно ответил молодой человек. — Я на это надеюсь.

«Только не верю, что все так легко закончится».

Ответ цесаревич обдумывал секунды три.

— Понял, — сообщил он после. — Удачи.

И в этот раз первым разорвал связь.

Павел хмыкнул, спокойно убрал комм и… не удержался. Помахал вновь «Большому Брату». Да и пошел дальше.

Путь его действительно лежал к кофейному ларьку. А вот цель была совершенно в ином. Хоть и стаканчик обжигающего ароматного напитка он и получил.

— Ну, попробуем… — решил клановец, сделав пару глотков.

Пальцы привычно пробежались по экрану, выбирая нужный контакт.

— Павел Анатольевич, — ответил после третьего гудка собеседник. — Не ожидал.

— Случается, — вздохнул Волконский. — Но, честно признаюсь, если бы моя подружка пыталась кого-то убить, то звонку от будущей жертвы я бы не удивлялся.

Короткая тишина.

Разум Павла привычно раскладывал ее на составляющие: легкий шорох, едва заметная задержка дыхания…

«И впрямь не знал!» — подивился клановец.

— Не понимаю, о чем вы, — ровно ответил представитель императора.

Вполне возможно, что уже бывший. Но там все так сложно, что черт ногу сломит.