Все-таки на дворе век не двадцатый первый, когда со спутников можно было разглядеть огрехи типографского шрифта на листе газеты. Слишком многое было утеряно во время Вторых Темных веков. И у империи лишь относительно недавно дошли руки до восстановления космической программы. Так что снимок на телеобъектив дал куда больше результата, чем наблюдение с невероятно дорогой «игрушки», болтающейся в Великой пустоте.

— Фэнг!.. — Цзинь Вэй первой разжала объятия.

Ее сестричка неохотно отпустила Тун Яо, тут же приготовившись внимательно слушать.

И убийца «хунхузов» заговорила.

Несколько секунд Волконский прислушался к трели незнакомого языка. Это явно был не ханьский, а один из диалектов, отличающийся от «всеобщего Хань» примерно как немецкий от английского или французского.

Всего одного мимолетного взгляда молодому человеку хватило, чтобы сделать вывод: Горевой этого диалекта тоже не знает.

«Ну и пусть!» — мысленно решил клановец, вновь чуть расфокусировав взгляд.

Молниеносный стрекот тонового языка смолк мгновенно. Павел успел среагировать на изменившуюся обстановку, а вот заметить, как именно лицо Цзинь Вэй оказалось прямо перед его носом — нет.

Вернее, под носом. Тун Яо все-таки была сантиметров на двадцать ниже его собственных ста восьмидесяти. А надеть каблуки, чтобы казаться выше, ей в голову как-то не пришло.

Несколько секунд девушка стояла и рассматривала Волконского. Снизу вверх. Не мигая.

Павел попытался ответить тем же. Но получилось хуже. В конце концов, решил он, несколько раз на миг потерять зрительный контакт чуть лучше, чем слезящиеся глаза.

— Чего ты хочешь, элуосы жэнь?

«Русский человек!» — в который раз перевел про себя Павел. Ну надо же…

Клановец ответил не сразу. Несколько секунд он потратил на восстановление душевного равновесия. Очень уж ему не понравилось чувствовать себя беззащитным. Цзинь Вэй одним движением продемонстрировала свои способности. Реальная атака оказалась бы результативной. И фатальной. Не говоря уже о том, что убийца «скользнула» к нему, а не иллюзии, чуть смещенной в сторону. СОвсем немного. Меньше метра. Но это разница между ножом в живот и возможностью среагировать.

Обычно.

Сегодня все пошло не так.

— Как ты это делаешь? — вопросом на вопрос ответил клановец.

Просто затем, чтобы у его собеседницы не возникло ощущения, что она может диктовать условия. И требовать ответов, когда ей заблагорассудится.

Девушка плавно качнулась назад. Сантиметров на десять. Однако этого хватило, чтобы Павлу стало намного спокойнее. На такой дистанции уже можно работать. Во всяком случае, возникает подобная иллюзия. И жить становится легче.