Волконский отключил мозг. Есть такой тип людей, которым просто необходимо «выплеснуть» заготовленную речь. Вот только слушать все это Волконский не нанимался. А потому с чистой совестью пропускал поток «это не я» мимо ушей.

Вжик!

Кирсанов от неожиданности заткнулся.

Волконский же, резко открывший «молнию» на рюкзаке, достал довольно увесистый бумажный пакет.

— Здесь все, — спокойно констатировал он, бросив его перед собеседником.

Тот судорожно вывалил стопку листов перед собой, с ужасом уткнувшись в таблицы и колонки цифр с указанием счетов и прочих деталей. В прострации он перевернул несколько страниц.

— Рекомендую перейти к пункту «резюме», — посоветовал молодой человек.

— «Сим достоверно установлена причастность Кирсанова Я. А. к…» — принялся читать «колобок» и… сбился, выхватывая лишь отдельные слова. — Финансирование терроризма… Причастность к обороту психотропных средств… Покушение на… ЧТО⁈

— Как-то так, Ян Антонович, — покачал головой Павел.

Мол, экий вы затейник!

— Это все ложь! — взревел тоненьким фальцетом Кирсанов. — Что ты собираешься с этим делать⁈

Волконский хмыкнул.

— Я мог бы передать это людям государевым, — задумчиво решил он. — Мог бы самостоятельно «закрыть вопрос»…

Тут его взгляд потяжелел примерно на тонну. Во всяком случае, собеседнику стало резко сложнее дышать.

— … Благо оснований хватает.

«Колобок» побелел.

— Но нет, — вздохнул Павел. — Я просто опубликую это в открытом доступе и посмотрю, что получится.

Кирсанов застыл. Последствия такого поступка он понимал прекрасно. Тем самым обострившимся чувством опасности загнанной в угол крысы.

— Я не знаю, кто переводит деньги! — взвизгнул он.

— Потише, — хмыкнул Павел. — девочек в приемной не беспокой.

На лице его медленно проявлялась гримаса презрения. Увы, его нынешний собеседник понимал лишь такое обращение. Приходилось соответствовать.

Ян Антонович прикусил язык.

— И все же спешу вас поздравить, — чуть надавил голосом клановец. — Я нашел вам отличного специалиста на должность системного администратора. И не стесняйтесь советоваться с ним по поводу взаимодействия с вашими «благодетелями».

Во взгляде «колобка» полыхнул бунт. Мол, как какой-то шкет пытается диктовать мне, как действовать⁈

Волконский внимания на «огонь в глазах» не обратил. Он прекрасно понимал, что такие личности долго не «горят». И сделает Кирсанов сейчас все, что ему скажут. Или исчезнет. При вполне бытовых, но, увы, неизбежных обстоятельствах.

— Думайте, — бросил Павел и, уже сделав шаг к выходу, остановился.

Долгим взглядом он окинул кабинет Кирсанова.