Несколько секунд они вместе шагали по коридорам кремля, пока не остановились возле спецлифта, ведущему в личные покои императорской семьи. В святая святых, куда ходу не было никому. Кроме Долгоруких. Даже опричнику.
— Ты сообщил Игорю Георгиевичу, что собираешься вести войну сразу против трех кланов.
— Да, — коротко кивнул Волконский.
Цесаревич подумал мгновение и… пожал плечами. Жест для монаршей особы просто немыслимый!
— Могу понять его злость, — коротко прокомментировал он и, достав коммуникатор, продемонстрировал опричнику короткое сообщение.
«Константин Дмитриевич, можем ли мы обсудить что-нибудь важное… но прямо сейчас⁈».
— Павел Анатольевич, — без особой злости, но с какой-то странной интонацией потребовал цесаревич. — Прошу в следующий раз решать свои семейные споры без привлечения членов императорской семьи.
Молодой человек вытянулся в струнку и тут же изобразил вид…
— Только не «лихой и придурковатый», — потребовал сюзерен.
Среагировал Волконский мгновенно. На его лице тут же застыла маска понимающего раскаяния.
Несколько секунд Долгорукий рассматривал физиономию опричника, после чего молча шагнул в спецлифт. Лишь когда закрылись бронестворки, он позволил себе… негромко рассмеяться.
— Вот ведь… засранец, — покачал головой Долгорукий и… выкинул молодого человека из головы.
Ему еще было о чем подумать. Через час предстояло доложить отцу данные по ВВП за четвертый квартал прошлого года. И сосредоточиться стоило именно на этом.
Глава 10
Глава 10
— Ему вновь все сошло с рук, — негромко констатировал Волконский.
Впрочем, в зале ресторана на сотом этаже клановой высотки было сложно отыскать носителя иной фамилии. Во всяком случае, сегодня. В день собрания Малого Света клана.
Даже верные Слуги, подготовив вино и закуски, подкинули этот зал. А собравшиеся наивно полагали, что нескольких нелегально раздобытых глушилок вполне достаточно, чтобы служба безопасности клана ничего не узнала об их разговорах.
— Рано или поздно он споткнется, — надменно оповестила о своих размышлениях всех собравшихся Илона Александровна.
Отчего-то мнение двадцатилетней девчушки никого особо не заинтересовало. Да, племянница второго заместителя главы центрального политического управления клана была талантлива. И одарена. Красотой. Об этом свидетельствовали обложки с ее ликом и множество приглашений от различных брендов. Была она одарена и в магическом… Мышлении. И искренне считала, что если ей чего-то хочется, то так оно и должно быть.
А еще ее просто ужасно раздражали «эти выскочки». Брат с сестрой, с которыми по оговоркам ее отца, вынуждено было иногда считаться даже руководство клана!