— Буду воевать лишь силами военизированных подразделений, — твердо ответил Салтыков.
Никаких политических игрищ или юридических баталий. Сила на силу. В рамках военных объектов Ветви и клана. Гражданские специалисты обоих семей одним соглашением оказались выведены за скобки будущего противостояния.
* * *
Салтыков покинул зал переговоров.
Провожать его Волконский не стал. Не тот случай.
Молодой человек просто откинулся на спинку кресла и, подмяв под себя правую ногу, продолжил рассматривать потолок.
Долго ждать не пришлось. Едва слышное шипение откатывающейся в сторону двери заставило его вновь собраться.
— Павел!.. — раздался от входа голос отца.
За его спиной застыли Глава клана и воевода. Молодой человек с некоторым трудом перевел взгляд на родичей. И да, короткий диалог вымотал не хуже червончика по пересеченной местности с полной выкладкой по нормативам Тишь.
Валерыч первым сообразил, что нужно делать. Он спокойно подошел к освобожденному Салтыковым месту и уселся напротив молодого человека.
Братья же, переглянувшись, подтащили ещё два кресла.
— Война? — первым спросил Анатолий Георгиевич.
Павел кивнул.
Мужчины остались серьезными. Только что наследник втянул всю Семью в вооруженное противостояние в момент, когда удары сыпались на Волконских со всех сторон. И выяснить «кукловода», бьющего по ним чужими руками, пока не получилось.
В таких условиях тратить силы и средства для войны на еще один фронт… Старших родичей волновала не столько перспектива, сколько предпосылки, заставившие Павла поступить именно так.
Молодой человек вздохнул и устало принялся излагать свои доводы. И да, имя Кошкиной он не упомянул ни разу. Прекрасно понимал, что это его личный интерес, а не дело клана. Однако когда он закончил, собравшиеся молчали еще не менее минуты.
— М-да, — решил воевода наконец, переведя взгляд на двоюродных братьев.
Глава и его зам смотрели друг на друга столь пристально, словно вели неслышный миру диалог.
Признавать реальность не хотелось никому. Беда в том, что от этого она не становилась менее мрачной.
— Говорят, что ханьское слово «кризис» состоит из иероглифов «опасность» и «возможность», — негромко сообщил неизвестно кому воевода.
Поморщился даже Павел.
— Ну что ж, господа, — хлопнул по коленям ладонями Глава. — Повоюем.
Собравшиеся склонили голову в согласии. Всем им предстояло провести клан через очень непростое время.
Мужчины встали.
— Тогда за работу, — подытожил Игорь Георгиевич. — А тебя, Павел Анатольевич, я попрошу остаться.
Глава 5
Глава 5
Павла передернуло.
Застывшие напротив Светлана и Катерина переглянулись. Но комментировать не стали.