Браконьер занимался поставками рабов для борделей Алусии, изначально зная, что его рабы и рабыни проживут совсем недолго — он осуществлял поставки в бордели для извращенцев, любивших наблюдать, как пытают жертв. Потом Наташа много раз спрашивала себя — за что, за что ей выпали такая судьба и такие муки? Ведь на самом деле она была вполне доброй девкой. Подавала нищим, не обижала кошек и собак, не кидала людей и не обирала пьяных на улице — за что же ей такое? Ведь живет же множество подлецов, негодяев, таких, как ее начальник, и живет в неге, довольстве, покое… Катаются на темно-серых «хаммерах» и имеют чужих жен за нищенскую зарплату! Почему их не наказывает Бог? Ну да, Наташа не отличалась особой нравственностью, любила секс, любила выпить, бывало, что и партнерами обменивались с подругой прямо тут, на одной кровати, да много чего еще делали… но ведь не подличала же, не гадила людям в душу!
Она продержалась в борделе неделю, пока ее, изнасилованную, не разделал на части олигарх, похожий на Агарлока, любитель расчлененки. Одним-единственным условием, которое ставил бордель, было требование, гласящее, что голова девушки или парня не должны пострадать и об их смерти нужно известить в первые же пять минут. В противном случае штраф должен был составить миллион кредитов, что для жадных олигархов оказывалось весомым.
Последнее, что девушка увидела в этом мире перед тем, как стать мозгом звездолета «Соргам», — зеленое лицо насильника с выкаченными от удовольствия глазами. Нужно ли говорить, что Наташа всей душой ненавидела своих пленителей?
Следующими ее воспоминаниями стали вспышки света. В мозг, плавающий в питательном растворе, вводили специальные тяжи, подключающие ее к системам корабля. Это воспринималось как ослепительный свет от вспышки фотоаппарата, и она, забыв, что с ней случилось, с гневом подумала, что Игорь, сука такая, снова фотографирует ее голой. Прошлый раз этот гад демонстрировал своим дружбанам, как он прикольно все придумал. Его давно надо было послать на фиг, но он чем-то ей нравился… может, тем, что был хорош в постели, а может… может, ей просто не с кем было проводить время, а этот девятнадцатилетний щенок всегда оказывался под рукой, когда хотелось мужика. Но нет — на сей раз это был не Игорь. Все обстояло гораздо, гораздо хуже.
Девушка услышала голос — он говорил ей какие-то слова, но она никак не могла их понять, потом постепенно стала разбирать. Голос говорил о том, что теперь она собственность человека по имени Неркату, что она должна ему служить, иначе будет наказана! Какая такая собственность? Как она может быть чьей-то собственностью? — не могла понять Наташа. Рабства давно уже нет! И крепостного права тоже! Что с ней? Она попыталась двинуть ногами, руками, но не смогла. Парализовало! Может, она в больнице? Вокруг было тихо и темно. Потом вспыхнул свет — перед глазами появилось чье-то лицо в защитном шлеме, как в каком-то фантастическом фильме про эпидемии.