Слава прошел к лежаку, сел на него, закинул ноги и устроился поудобнее. Все развивалось как надо. Как было запланировано. Он закрыл глаза и успокоил бьющееся сердце — скоро, скоро…

— Ну что, придурок, решил, что можешь скрыться от своего хозяина? — Перед глазами Славы висело лицо Агарлока, веселое, довольное, счастливое.

Слава решил, что это дурной сон, и крепко закрыл глаза, так, что из них потекли слезы. Потом снова открыл — лицо Агарлока никуда не исчезло, радостный работорговец прищелкнул языком:

— Шесть лет! Шесть лет я ждал, что достану тебя! Я знал, что ты снова объявишься в городе, назначил за тебя награду, какую ни один житель этой планеты не смог бы проигнорировать — награду за жалкого раба! И вот — ты попался! Жаль, что с тобой нет маленькой шлюшки — я бы с удовольствием разделал ее перед твоими глазами, насладился бы ее и твоими муками! Ты что, думал, сможешь так просто уйти? Сможешь поглумиться надо мной, Агарлоком, и просто уйти? Нет, тварь, теперь ты снова мой! Я знал, что ты пойдешь вынимать контроллер, и известил всех, кого мог — всех модификаторов, всех мастеров трансформации, все лечебные заведения. Они знают, что со мной шутки плохи, и лучше получить тридцать миллионов, чем вибромеч в брюхо. И твой Ниргуам не исключение.

Слава скосился и посмотрел на виновато хлопающего огромными глазами «лемура» в белом комбинезоне. Тот пожал плечами и грустно сказал:

— Извини. Своя жизнь мне как-то дороже. Да и тридцать миллионов — это тридцать миллионов. Все равно правда вышла бы наружу, а кто я против господина Агарлока? Ноль. Даже меньше ноля. Так что… прости. И не поминай плохими словами… если сможешь. А деньги Сильмаре я верну — я же честный мастер! Возврат сделаю прямо сегодня! Или завтра…

— Чего ты извиняешься перед ним, — презрительно сказал Агарлок, — это всего лишь раб! Раб, возомнивший, что умом он может соперничать с хозяином! Тварь, мерзкая тварь, мокрица, червяк! Теперь ты будешь жить по-другому — никакой жизни! Никаких контактов с другими рабами: стасис — арена, стасис — арена. И так до тех пор, пока ты или не сдохнешь, или не надоешь мне настолько, что я отрежу тебе башку и вставлю ее во флаер. Или нет… я закреплю тебя неподвижно и буду каждый день выдергивать из тебя кишки, наслаждаясь твоей болью! А потом снова залечивать, и это будет повторяться, повторяться, повторяться — тысячи лет! Мука станет вечной! Где-то я это уже слышал! — горько подумал Слава. — Эх, болван я… и надо же было так глупо попасться! Нет, ну а что я мог сделать? Как вынуть контроллер? Как? Бедная Лера…