— Глупец! Это не создания похотливые, это результат генетических изменений! Им положено так себя вести. Ты не понимаешь того, что это положено, это так и должно быть. То, что они влюблены, хорошо. Это правильно. Кстати, как Слава реагирует на то, что ему приходится убивать? Эти дикари обычно неверно реагируют на знание о том, что придется убивать тех, на кого им укажут. Над ними довлеют дикарские социальные законы, понятия…

— В общем-то нормально, за исключением того, что вначале у него наблюдалась заторможенность, когда приходилось убивать женщину. Теперь все в порядке.

— Я посмотрел записи — у меня сложилось впечатление, что ты больше внимания уделяешь подготовке Славы как телохранителя, а не как бойца арены. Требую объяснений.

— Это не так, господин! Сейчас идет усиленная подготовка, вырабатывание навыков владения телом и укрепление установки на убийство. Пока он не научится автоматически убивать — не раздумывая, не размышляя — надо это делать или не надо, — дальнейший прогресс невозможен! Поэтому я сейчас делаю упор на эффективное убийство, а не на то, насколько красиво это делается! То есть вы верно заметили — Слава приучается к тому, чтобы максимально быстро и эффективно убивать противника. Как телохранитель. Когда его навыки будут закреплены настолько, что он станет убивать, не задумываясь, тогда мы перейдем к следующему этапу. Впрочем, он уже практически готов к этому.

— Послушай, Халкор, ты хороший наставник, но не понимаешь одной вещи — мы готовим не телохранителя. Мы готовим бойца для арены. Его бои должны быть зрелищны, а не просто эффективны. Если даже при исполнении очередного трюка его ранят — какая разница? Вылечим. Но он должен показать такой бой, чтобы зрители вопили от восторга! Ну вот что это за бой? — Агарлок показал на экран, на котором Слава расправлялся с шестью человекообразными существами, вооруженными короткими дубинками с торчащими на конце зубцами-лезвиями. — Смотри: один удар — один труп! Он воткнул меч в грудь противника — тот упал! И что? Где интерес? Где яркость? Он должен был выбрать такой удар, такое оружие, чтобы враг развалился надвое, брызнула кровь, чтобы он весь, с ног до головы, был ею залит! Кроме того, Славе надо было внедрить в голову сознание того, что чем красивее он проведет бой, чем больший спектакль разыграет, тем лучше для дела!

— Я могу ему приказать, господин, но послушает ли он? Как заставить его это сделать? У меня способ только один — наказывать. Боль. Но этого недостаточно. Да и нельзя элитного бойца все время истязать — он потеряет форму. Может быть, вы с вашей мудростью подскажете, как заставить Славу сделать из боя красивое представление? Формально он ничего не нарушил и его не за что наказывать. Вывели на него противника — он его убил. Но спектакль…