Вот ведь… А я ведь уже внутренне согласился с парнишкой. Ему даже особо меня уговаривать не пришлось! Чувствую ли я по этому поводу досаду? Да нет, скорее наоборот. В конце концов, мне доставит истинное удовольствие прикончить ту троицу. Мальчик отомстит за своего любимого дедушку, а я, я отомщу за ту многочасовую погоню через леса. Ну что ж, так тому и быть.
— Ты привёл разумные аргументы в пользу своего плана, — подхожу я к мальчишке и слегка хлопаю его по плечу. — Думаю, у тебя есть все шансы добиться результата. И конечно же, я помогу тебе. Мы вместе накажем коварных предателей, убивших твоего дедушку. Только запомни одну вещь — мой приказ важнее всего. Я говорю остановиться, ты стоишь. Я говорю бежать, ты бежишь. Я говорю уходить и бросить врага недобитым, ты подчиняешься. Без всяких исключений. И впредь наше с тобой общение будет строиться похожим образом. Я буду тебя учить, кормить, поить, одевать, воспитывать. И твой голос мало что будет значить. Если я скажу тебе стоять на одной ноге три часа подряд, ты будешь это делать. Никаких отказов или попыток противиться моей воле. За безосновательные пререкания тебя будет ждать наказание. Серьёзное наказание. Однако, ты всё же мой ученик, а не раб. И твой голос будет значить для меня тем больше, чем больше аргументов в свою пользу ты приведешь. Не в общем, а по каждому вопросу отдельно. Если хочешь, чтобы с тобой считались, учись думать и просчитывать свои шаги. Договорились?
— Да, учитель!
Спустя всего минуту после этого разговора в хижину забежала обезьянка Чи-чи, как её назвал Эмилиано. Маленький примат принёс в своих передних лапах поистине крупный, яркий цветок. Его бутон даже толком не помещался в лапы зверька и был даже больше его головы. Однако меня в этом случае волновал скорее не цветок, а поведение Чи-чи. Животное было сильно взволновано. Эмилиано расшифровал для меня знаки примата. Чи-чи волновалась из-за того, как быстро начала просыпаться деревня. Её жители тут и там выходили из хижин и начинали заниматься привычными делами. А это значит, что совсем скоро к нам прибудут гости, желающие вытащить цесаревича на площадь, чтобы приковать его к столбу на потеху публике. Времени на то, чтобы уйти за пределы деревни не осталось. Но это и не страшно, ведь в нынешних обстоятельствах уходить отсюда я и не планирую.
— Нам нужно укрыться на подземном ярусе деревни. Знаешь такое место, где мы сможем спрятаться до наступления следующей ночи? — спросил я у Эмилиано.
На самом деле, мы могли бы попытаться обойтись и без укрытия. Я бы просто накинул на нас искажение, и мы забились бы в любой угол, где просто переждали этот день. Думаю, отдайся я полной фокусировке нашего сокрытия, нас бы не нашли. И всё же, одно дело проторчать весь день посреди улицы, опасаясь, что кто-то особо глазастый нас заметит. И совсем другое дело провести этот день с пользой, без посторонних глаз. Для этого нам нужно спуститься вниз. Так будет в разы надёжнее, ведь звери приручителей не спускаются под землю. Им там крайне неуютно. И это ещё мягко сказано. Укрытие ведь было создано в те времена, когда тёмная энергия выдворила людей с привычных мест обитания. Маги тех времён постарались создать укрытие, что не пустит внутрь тёмных тварей. И у них это отчасти удалось. Звери же приручителей имеют в своих телах так называемые ядра, или же Слёзы Тёмной по-другому. Под землёй им делать нечего. Такая вот логика.