— Марья Ивановна, сделайте нам чай, пожалуйста, — попросил я мягко. — И дверь прикройте.

— Я… — начала она.

— Всё нормально, я его не съем, — успокоил я её.

Денис криво усмехнулся, но улыбка сразу пропала. Старушка поколебалась, потом вышла и прикрыла дверь. Я сел на стул напротив него, не слишком близко, чтобы не давить физически, но достаточно прямо, чтобы он не мог спрятать взгляд.

— Светлана Андреевна не может с тобой связаться, — начал я.

Он вздрогнул.

— Кто? — переспросил он.

— Не делай вид, что не понял, — чуть скривился я. — Прокуратура, казино, Сиплый, Сысоев, Кабан. Продолжать?

Денис нервно сглотнул.

— Я ничего не знаю, — тихо произнёс он.

— Знаешь, — уверенно ответил я.

— Не знаю! — почти выкрикнул он.

— Денис, ты не умеешь врать. — сказал я. — Мы оба были в том казино, глупо отрицать очевидные факты.

Он сжал кулаки, стараясь сдержаться.

— Вы не понимаете, — прошипел парень. — Они сказали, если я ещё раз что-то скажу, меня найдут. Бабушку тоже. Они знают, где мы живём.

— Кто сказал? — спросил я.

Он снова замолчал.

— Сиплый? — уточнил я.

— Нет, — ответил он.

— Люди Сысоева?

Денис отвёл взгляд.

— Значит, не только Сысоев, — заключил я. — Хорошо.

— Ничего хорошего! — сорвался Денис, но тут же сбавил голос, испугавшись собственного крика. — Вы не понимаете, они всё зачистили. Там ничего нет. Подвал пустой, все говорят, что я придумал. Если я пойду, а полицию, меня просто сольют.

— Вот теперь ты начал говорить по делу, — заметил я.

Он уставился на меня, а я чуть наклонился вперёд.

— Смотри, Денис. У тебя сейчас есть два варианта. Первый: ты сидишь в этой комнате, не включаешь телефон, дёргаешься от каждого шума и надеешься, что про тебя забудут. Плохая новость в том, что про свидетелей не забывают. Их или покупают, или убирают. Ты для покупки неинтересен, потому что, уж прости, но толку от тебя в будущем не будет.

Он побледнел ещё сильнее, практически став серым.

— Второй вариант, — продолжил я тем же спокойным голосом. — Ты выходишь из тени, становишься нормальным свидетелем, даёшь показания через правильных людей и получаешь хоть какую-то защиту. Не идеальную, не как в кино, но вполне себе настоящую. У меня есть контакт в прокуратуре, а ещё участковый, который понимает, где кончается бытовуха, а начинается уголовка.

— А вы кто такой вообще? — тихо спросил он. — Почему я должен вам верить?

Хороший вопрос, наконец-то он начал думать.

— Не должен, — ответил я. — Вера здесь вообще ни при чём. Ты должен выбрать, какой риск меньше. Сидеть здесь и ждать, пока тебя найдут люди, которым ты мешаешь, или пойти через меня к тем, кому выгодно раскрутить это дело.