Вот перед глазами возникло сражение со спрутами и последующее спасение детей из чрева монстра. Стоп. Воспоминания замерли на моменте освобождения Лирэ и Рэфа. Отголоски тихой радости появились где-то на границе сознания. И лишь только сейчас я осознал, что все эти черные мысли были навязаны со стороны.

Да, у меня, как и каждого, были падения. Да, я больно обжигался, но это послужило мне хорошим уроком. За любыми ошибками стоял бесценный опыт, который помогал мне двигаться вперед.

Отведя меч от груди, перехватил за рукоять и оперся на него, словно на трость. Несмотря на спавшее напряжение, двигаться было тяжело, словно приходилось проталкивался сквозь песок.

Первый, второй, пятый, двадцатый шаг, а пелена все не кончалась. Хор стонущих голосов иногда появлялся, пытаясь вновь подавить мою волю, но тут же пропадал, стоило повеять ощущением надежды, поначалу исходившим от одного, а потом от нескольких источников.

Состояние скафа тоже было непонятно. Словно часть систем отключилась, остальные же работали с перебоями. Камеры транслировали одно и то же изображение, словно зависли. До Алин и исикна я достучаться не мог, хотя на интерфейсе каких-либо повреждений, кроме полученных ранее, не отражалось.

Блуждал я в тумане уже порядком двух часов и прекрасно понимал, что уже должен был пересечь ангар несколько раз, уткнувшись хоть раз в стену. Остановившись, попробовал прислушаться к голосам, от которых исходило чувство надежды. И несмотря на почти перекрывающие их вопли отчаяния, мне это удалось.

Сделав пару кругов, смог определить, откуда исходили эти голоса, и вновь обретя цель, на максимально доступной мне скорости двинулся в ту сторону. Двигаться стало легче, словно вокруг меня образовался защитный кокон, который разгонял туман. Вокруг становилось все темнее, и вот наконец я с облегчением вышел в темное пространство обычного ангара.

Голоса здесь отсутствовали, и стояла безмолвная тишина, которую тут же прервал крик Алин:

— Нет! Нет, не хочу это видеть! Твари! Ненавижу! — девушка все кричала, даже не пытаясь остановиться, все же дыхание ей переводить не нужно было.

Я же просто стоял и смотрел. Каждый раз, когда мне казалось, что видел самые отвратительные реалии этого мира, он умудряется меня удивить.

До стены оставалось каких-то метров десять, вот только приближаться к ней совершенно не хотелось. И да, я нашел всех жителей общины, только вряд ли Лирэ и Рэф обрадуются такой встрече.

Люди были живы, если, конечно, это можно назвать жизнью. Все они оказались нанизаны руками и ногами на металлические штыри, что торчали из стены. В самом низу, почти касаясь пола находились самые крупные представители общины, выше них были чуть менее крупные, и так далее вплоть до маленьких.