— Мужик, мужик, ты что, русский, — спрашиваю?
Тролль слегка кивнул. Скорее даже смежил веки согласно. Видно, действительно не очень-то хватало сил на разговоры.
— А тебе точно никак нельзя помочь? — Ну да, дебильный вопрос, но я не мог его не задать. — Чтоб ты не помер. И почему ты тут один лежишь?
— Я лежу один, потому что мне нельзя помочь. Пайку больше не выдают. Инструментов — нет. Все просто ждут, когда я умру. И ты тоже подожди, маленький гоблин. Мне не хочется разговаривать.
— Да ясно дело, что не хочется. В таком-то состоянии. Ладно, извини, что потревожил. Просто удивился.
Тролль ничего не ответил, а я, пожав плечами, вернулся к Чувайо. Нужно было договориться, что делать дальше. Например — осмотреть лагерь. Здоровяка было жалко, но я, и правда, не понимал, чем ему помочь в такой ситуации. Разве что добить — но это гарантированно поднять тревогу на весь лагерь. Я ж его не задушу. Да и ножиком не затыкаю. Не с первого раза, как минимум. Тут только стрелять только, как загнанной лошади в ухо — я в кино видел. Но выстрел услышат. А самое главное — не хочу я его убивать! Не, я не белоручка. И у гоблинов явно очень крепкая нервная система, так что в целом мысль об убийстве мне не очень-то претила, даже об убийстве беззащитного. Но даже без всех этих препятствий в виде моральных ограничений и проблем со скрытностью, не уверен, что у меня бы рука поднялась. Вот если б он сам попросил, а так — может, не хочет человек… тролль. Зачем навязываться?
Глава 16 Гуманитарное воровство
Короче, я решил его накормить перед смертью. Хоть как-то помочь соотечественнику, который умирает на чужбине, в неволе. Так себе, конечно, помощь. Но раз он упомянул, что голодный — надо, значит, хоть в этом немного скрасить жизнь бедолаге, который помирает в одиночестве, всеми покинутый. Я же сам тут недавно рассуждал, что русские своих не бросают. Будет очень непоследовательно, если я ничем не помогу русскому троллю только потому, что он не может уже быть мне полезен. Да ладно, я бы и нерусскому троллю помог, чо уж там. Почему нет, если могу? Непонятно, к слову, почему другие соотечественники, которые тут должны присутствовать, не оказали ему эту последнюю услугу сами. Надо будет им попенять, когда встречу.
Мысль накормить тролля появилась у меня не просто так, а потому что мы с Чувайо набрели, наконец-то на кухню. Причём оба до последнего были уверены, что движемся в сторону помойки, и для обоих стало большим сюрпризом, когда оказалось, что это не помойка вовсе, а местная кухня. Запах очень уж не характерный.