Скандал среди часовых назревал всё сильнее — явился начальник и здорово изумился тому факту, что часовые сами впустили на территорию немёртвых. Крики доносились даже до нас, хотя мы уже изрядно удалились от места основных событий — нужно же было изучить территорию, пока всё внимание окружающих сосредоточено на проходной.

— То есть вы, идиоты, сами впустили зомби⁈ Они постучались — а вы открыли⁈ — Это был крик души. Он разнёсся на километры вокруг. Даже я втянул голову в плечи — неловко, что стал невольной причиной такого разочарования. Хотя какое там разочарование. Это было крушение всех надежд. У человека, можно сказать, мир рухнул. По голосу было понятно — он больше не верит в выживание человечества. Раз уж среди него не только рождаются, но и доживают до взрослого возраста такие невероятно тупые индивиды.

Дальше я слушать не стал. У человека там горе, а я никогда не был фанатом драмы, так что решил сосредоточиться на поиске необходимого. Систему охраны мы, можно сказать, уже оценили. И даже прониклись. Теперь пришло время заняться поиском продовольственных складов.

— Зря ты поднял тревогу, — покачал головой Чувайо. — Теперь они будут настороже.

— Да ладно, это ж просто зомби. Вот если б мы сами показались, тогда — да. А так… Мне мои духи рассказывали, что бывает, и сами поднимаются. Какой-нибудь случайный выброс некроэнергии, высокая концентрация страданий, и привет. Самопроизвольное поднятие.

— Такое бывает, да, — подумав, согласился со мной Чувайо. — Но вдруг они решат всё-таки проверить? Пришлют какого-нибудь мага.

— Ну и что? Маг-то нам чем опасен? Мы ж не по-настоящему трупы подняли. Я так понимаю, магии никакой не было. Только воля Вити и Мити.

— Не было там никакой нашей воли! — Тут же возмутился Витя. — Это всё ты! Тёмный шаман — это беда, вообще! И как нас угораздило с тобой связаться⁈

— Но весело же, — не слишком уверенно возразил Митя.

Сомневается. Уже даже Митя сомневается, стоит ли мне помогать. Обидно. И страшно, чо уж там! Не хотелось бы лишиться своих первых и единственных настоящих друзей и помощников в этом мире. Уманьяр не в счёт. Они — подчинённые, пусть об этом и не знают пока. Тоже, конечно, хорошо, но другое. Перед ними я должен быть всегда уверенным, всегда круче всех. А Витя с Митей знают меня таким, какой я есть. Надо будет как-нибудь их умаслить. Что-нибудь подогнать такого… Придумать бы ещё, как их порадовать!

В цеха мы даже соваться не стали. Ну его нафиг, вдруг там ещё какая-нибудь дополнительная защита стоит? Это ж всё-таки золото. Хорошо, что нам пока золото не нужно. Нет, вообще-то я бы не отказался — золото мне нравится. Только девать его здесь особо некуда. Вот если б я был в более цивилизованных местах, хотя бы в таких, где гоблинов не пытаются сразу схватить, тогда — может быть. А пока обойдёмся. Хотя Витя с Митей поглядывают на меня как на неродного. Им моё равнодушие к золоту кажется странным. Не по-гоблински веду себя. Хотя, с другой стороны, любовь к еде — это как раз очень даже по-гоблински, что немного примиряет их с моими странностями.