Ещё я заметил кровавую дорожку. Она была немножко кривоватая, и вела не к выходу, а к двери во внутренние помещения. Вот же тупицы! Они что, совсем дебилы? Зачем туда-то! Я ж видел, там тоже полно таких линий! Ещё больше, чем в самом зале! Вот что теперь делать⁈

И как раз в этот момент мне на плечо опустилась узкая рука.

Я подпрыгнул. Высоко! И скажите спасибо, что ещё не заорал от ужаса. Ну, серьёзно, кто так подкрадывается к человеку… гоблину, который наблюдает за полицейскими в дверную щёлку? Как ещё дверь не распахнулась — вот в чём загадка!

Это была Илве — я ещё в полёте понял. Так что бить не стал, хотя в первую минуту очень хотелось. Нормальная же реакция — бей и беги, правильно? Но уставился я на неё очень гневно, а она ещё так пальчик к губам приложила и бровки нахмурила, дескать, чего шумишь, дурачок?

— Чего? — Шиплю. Я-то думал, они с Киганом меня покинули, ан нет. Видно, решили задержаться.

Илве что-то спросила, тоже шёпотом. Я особо не понял, что, но объяснил:

— Друзья у меня там застряли! Френдз, понимаешь? — И пальцем в сторону банка ткнул. — Ох, ладно, не буду ж я объяснять, ты всё равно нифига не поймёшь, моя остроухая любовь. Го аут, — говорю. — Ран эвей, Илве. А я тут ещё задержусь ненадолго, а то у меня придурки прозрачные застряли.

По идее, надо бы подумать, прежде чем что-то делать, правильно? Но, во-первых, проявлять неуверенность перед Илве не хотелось. Кроме того, я чувствовал, как стремительно утекает время. Куда делись полицейские — неизвестно, но явно куда-то недалеко убежали. Наверное, ищут меня где-нибудь поблизости, думают, что я банк не смог ограбить и сбежал, и теперь меня надо непременно покарать, потому что неудачников никто не любит. Действовать нужно было незамедлительно.

Я ещё раз помахал рукой Илве, чтобы убегала, потом сосредоточился, и решительно и бесстрашно распахнул дверь и шагнул внутрь. И выпустил тьму.

Во второй раз получилось как-то совсем не впечатляюще. Видно, непрерывно генерировать облака тьмы я не могу. В этот раз получилась так, лёгкое марево, а не облако тьмы.

— Это, блин, повторяюсь, но всё же… Зис из э раббери, нах! Всем лежать! И палю в воздух из револьвера.

И пока все охреневают то ли от моей наглости, то ли от удивления, бегу через весь зал в служебное помещение — туда, куда кровавая дорожка ведёт. А за спиной опять стреляют. Только не в меня, а в потолок — это Илве, оказывается, вместо того чтобы убегать, решила меня поддержать. Умничка какая!

С духами было всё в порядке. Они витали вокруг здоровенного сейфа с открытой дверью, и что-то между собой оживлённо обсуждали.