Но не для Зур’даха. Ему хватило и того, что было у них с Саркхом в родном племени.

Может он бы просто проигнорировал слова этого подростка, и прошел молча, нашел бы себе циновку, но тот вдруг добавил:

— Ты, девчонка, да? Вижу же по лицу…Ты идешь со мной, будешь спать рядом. А вы ложитесь там, у порога, нечего вам рядом с нами спать, понятно? Да не бойся ты, малышка, никто тебя не тронет. У нас тут так нельзя, — он рассмеялся, — Маленькие еще. Но лучше чтоб рядом была девочка, чем эти грязнули. Ну? — он протянул руку, приглашая Кайру пройти вперед.

Дальше все произошло очень быстро. Среагировал первым не Зур’дах, и не Сарик — а Саркх.

Саркх, разозленный, дернулся навстречу мальчишке — Кайра была своей, и её надо было защищать от всяких засранцев. Пусть еще недавно подобным засранцем был и сам Саркх.

Однако, едва Саркх рванул навстречу Чемпиону и попытался нанести удар, как он привык, навстречу ему прилетел встречный удар. Быстрый и несильный. Видно было, что подросток даже не напрягся, отшвырнул как назойливую муху. Зато Саркх отлетел на три-четыре шага и перекувыркнулся.

— Что непонятного? — покачал головой мальчик, — Тупые…Я же предупредил. Просто кивните и живите как остальные. Эх…

Он шагнул к Кайре и схватил ее руку. Та как не пыталась вырваться — не могла.

— Чего дергаешься? — ухмыльнулся он, — Ничего страшного не случится, малышка. Никто тебя не обидит.

Сарик дернулся, но его уже схватили два других гоблиненка за руки, чтобы не повторилось то, что случилось с Саркхом.

Зур’дах сделал шаг вперед.

— И ты хочешь получить, сопляк? Мне это не сложно, а вот тебе больно будет. Оно тебе надо?

Однако Зур’даха раздирала тошнота и….ярость! И не только от того, что мальчик впереди силой держал руку Кайры и ее саму. Нет, не от этого. Хотя это добавляло ему злости. Причина его тошноты и ярости была другая:

всё потому, что он уже знал какой тип мутации у мальчишки перед ним.

Какое ядро использовал он для усиления. Вернее, на нем использовали. Запах этой твари теперь въелся в его подсознание навсегда, и в любом месте и в любое время он узнает даже крохотную подобную тварь, учует ее.

Волна ярости захлестнула Зур’даха, кровавой пеленой застилая глаза.

Обостренный после пробуждения крови нюх только подстегнул его.

После всего случившегося Зур’даха не боялся никого и ничего. И точно не этого мальчишку.

Ненавижу.

Тварь.

Выродок.

Убью.

Нос забивало этим отвратительным запахом.

— Что молчишь?..

Мгновения растянулись.

— Не…на….вижу… — выдохнул Зур’дах.

И впервые за долгое время глаза его заволокло тьмой.