— Посерьезнее плетки? — побледнел гоблиненок.

— Запомни главное правило, малец, — никаких серьезных увечий другим детям, понял?

— Понял. — буркнул он.

— Я думал это как-то и так понятно. Но нет, — таким как ты — нужно объяснять.

Пока они разговаривали, то шли в одном направлении, — в направлении Разлома.

— Надеюсь, наказание послужит тебе уроком, и ты избавишься от привычки распускать руки там, где, я уверен, можно было просто договориться.

Несмотря на все произошедшее, Зур’дах не считал себя виноватым. На них же напали первыми!

Надсмотрщик приостановился, и вдруг зло сплюнул.

— Видят Боги, не люблю я сажать детей в Ямы, — это наказание и взрослые не выдерживают, но ты растрощил руки Турхуса в хлам, молись, чтобы его вовремя успели восстановить и ему не пришлось пропускать бои.

Зур’дах каждую секунду ожидал, что надсмотрщик все же будет его бить, но тот ни разу его не ударил, только дал еще один подзатыльник.

Они подошли еще ближе к разлому. Тому самому разлому, тьма из которого пыталась добраться до них пятерых, когда они сидели в клетке.

Гоблиненок на секунду испугался, а потом вновь взял себя в руки.

Остановились шагах в двадцати от разлома, и Зур’дах смог разглядеть, насколько он огромен. До следующего края было сотни две -три шагов, и внизу виднелась бездна, наполненная густой тьмой, поднимающейся кверху как туман. Разлом тянулся вправо и влево поперек пещеры, от краев до краев.

Но самым неприятным было то, что возле него веяло такой потусторонней мутью, что Зур’даха сразу затошнило. Тьма над ним словно плотнее заклубились, и по воздуху поползли щупальца тьмы — медленно и неспеша.

Или мне показалось?

Щупальца развеялись и пошли в другую сторону.

Дышать стало тяжело.

— Пошли вперед, а то обосрешься от страха. — заметил надсмотрщик, и они двинулись вдоль разлома. На расстоянии трехсот шагов от разлома не было ни одного строения, — пустое пространство. Кое-где, правда, стояли металлические клетки, — пустые. Как та, в которую запихнули их пятерых.

Минут двадцать они шли.

Зур’дах все это время пытался не обращать внимания на тьму, которая будто каждый раз выстреливала щупальцами в их сторону, но не дотягивалась. Но боковым зрением не мог не обращать внимания.

— Не бойся, на таком расстоянии тьма не дотянется, — заметил его беспокойство надсмотрщик, — Ничего, со временем привыкнешь — все привыкают. Это только поначалу страшно.

Тяжелый воздух разлома все еще мешал дышать. Если Зур’дах делал шаг вправо, то становилось легче.

— Видишь эти ямы?

Дах остановился, и его палец указал на место в пяти шагах от края разлома, к которому подходить не хотелось.