Далее «баттон» сдвигается на одну позицию по часовой стрелке, за ним ставятся «блайнды», стартует новая раздача.

Звучит сложновато из-за обилия терминов, но по сути механика игры проста. Три-четыре-пять, и еще плюс два со старта. Любую непонятность разъяснит крупье, он для того и усажен за стол.

Хитросплетения начинаются с торгами. Очевидно, не всякий раз на руки приходят хорошие карты. И тут в игру вступает его величество блеф. Помните, я сказал про чуть менее очевидную цель игры? Вам нужно забрать банк, вот в чем цель. С какими картами вы это сделаете — другой вопрос.

Тот, кто лучше блефует и считывает чужой блеф, куда вероятнее сорвет куш, чем любой другой персонаж за столом.

Позже, когда законы изменятся, и в Питере не останется легальных казино, многие «переедут» в онлайн-казино. И это уже будет суррогат. Не почувствовать через монитор эмоций противника, не заметить блеск азарта в глазах, дрожь пальцев или спрятанную за картами (бокалом, сигаретным дымом — нужное подчеркнуть) ухмылку. Настоящую ли, мнимую?

Голая механика останется, но «соль», как по мне, уйдет, растворится в сигналах интернет-провайдеров.

За моим столом собралась отличная компания. Почти… Таша, Джо, Макс, Майя и Жан. Если бы не присутствие Обуреевой, можно было бы смело называть нас «дримтим». Впрочем, наша крашеная блондинка с карими глазами погрузилась в новую азартную игру по самую выбеленную макушку, и потому вела себя вполне прилично.

По залу прошелся Пол, наш менеджер. Пожал руку Жану, одобрил инициативу с расширением кругозора. Сам сходил к барной стойке, распорядился принести на всех нас кофе. В кофе, судя по аромату, капнули грамм пятьдесят виски.

Баталии на зеленом сукне разыгрывались нешуточные (если забыть, что играли мы не на свои), и каждый норовил обхитрить товарищей по игорному делу.

Возможно, дело в капельке виски в кофе, или же в кольцах дыма — то Жан раскурил сигару, окончательно наплевав на правила внутреннего рабочего распорядка. В какой-то момент я живо и красочно обрисовал нашу компанию в ином свете. Это не были видения, навеянные алкоголем или проявленные в огне образы. Чистая фантазия, игра воображения.

Жан с его вальяжными манерами вписался в образ аристократа в изгнании. Сапфировые запонки, безукоризненный шелк жилета и барские повадки. Он ставил всякий кон, всегда по-крупному, порой даже не глядя в карты. Просто потому, что мог (что было верно, поскольку ключи от флотов с фишками лежали в его кармане).

Майя много говорила. То щебетала, то допытывалась. Стреляла глазками напропалую, эдакая кокетка. Ее я увидел с завитыми в крупные локоны волосами, в алом платье с блестками, с массивными, издали заметными украшениями. Она сбрасывала карты куда чаще, чем принимала ставки, но при этом умудрялась не уходить в большой минус.