Про Луну, срок и чело Богдана говорила нараспев, сложилось впечатление, что произносит она ритуальную фразу. Что до прочего… Ма любит говорить заумно, цитировать заумь и так далее, но тут прямо органично звучало.

— Или не знал, что стал папой, — мои плечи снова пришли в движение. — Похождения дядюшки и грехи бурной молодости — это, конечно, занимательно, но мы существенно отдалились от куда более важного рассказа.

— Действительно, — легко согласилась она. — Итак, братья рассорились. Видишь ли, Демьян не стеснялся в выражениях и красках, описывая младшему брату негативные стороны ведуний и многих других, кто под Луной ходит.

— В смысле, правду сказал? — с невинным лицом уточнил я. — Как есть?

— Правду следует подавать так, как подают пальто, а не швырять в лицо, как мокрое полотенце, — назидательно высказалась мать. — Марк Твен. Демьян швырял брезентовые полотнища с колотыми льдинами из Северного Ледовитого океана.

Упрямство — семейная черта Бельских. Так что я вполне мог себе вообразить, как проходили пререкания двух упрямцев. Каждый стоял на своем, одновременно тщась переупрямить, вбить свою истину в голову другого брата.

— Позднее Дима всерьез задумался о соприкосновении двух миров: мира Дня и мира Ночи, — продолжила ма. — О безопасности при их взаимодействии. О том, что на стыке этих миров будет проходить наша дальнейшая жизнь, хотим мы того или нет. И что нашим детям, а мы мечтали о большой семье, однажды придется пройти по грани, такой тонкой, что впору сравнить с лезвием бритвы. Пройти и выжить.

— Хочешь сказать, — я всплеснул руками. — Что он изобретал доспех, а создал бомбу?

— Твой отец потратил два десятилетия, приложил колоссальные усилия, — запальчиво выговорила Богдана. — Он дал людям возможность говорить на равных со всеми созданиями Ночи! Без страха поймать случайное проклятие, без риска, что собеседник обернется зверем и вцепится тебе в глотку. Даже вурдалак не сможет внушить тебе, что он-де лучший твой друг, а тебе же не жалко для лучшего друга литра кровушки.

Тонкий намек после слов про поиски Клода… Не все ладно у Джо и его ближников. И на зверя экивок мимо ушей не пролетел. Проклятия — так я общаюсь и ведьмами, в частности, со Златой совсем недавно…

— Ма, — я выставил ладонь перед собой в останавливающем жесте. — Допустим, отец ратовал за мир и безопасность. Пусть я и не верю, что столь умный человек не видел альтернативного применения своему труду. Инструмент сдерживания — оружие, которое нетрудно обратить против всех, кто не вполне человек. Ты сказала, что знаешь, как я дар получил. Тогда должна знать и то, что бывший обладатель дара — мертв. Его предполагаемый наследник искалечен, лежит в коме с множеством переломов. Взаимодействие? Безопасность? Говорить без страха? Мертвые, как правило, молчат. И бояться их не стоит. Правда, не всех. Бывают исключения.