Катюша озвучила название, которое я приведу, но искать не советую — вы такого не отыщете на картах города, ни современных, ни устаревших. Мифистика.

Сам не знаю, почему, но я вдруг резко вспомнил ночной разговор с Джо, когда я ему звонил, чтобы связаться с Хелен.

«Ночи, АБ! Утром, все утром!» — и вокально-инструментальное сопровождение на фоне голоса Женьки.

Он еще тогда упомянул «не ту» кондицию супруги.

«Что, если…» — воображаемые шестеренки в моей голове закрутились, я прямо-таки увидел их обороты.

Ночная жизнь Лены и Джо — раз. Кровавая диета немертвых — два. Музыка и прочий шум — три. Ночная работа Катюши — четыре.

Музицировать по ночам можно в фешенебельном ресторане. А можно…

«В клубе играем», — это как раз Катины слова.

Следующий вопрос я задал уже не скрипачке, а быстро (не иначе, на удачу) ответившей на вызов вурдалачке.

— Недоброго утра, Лен. Тебе что-нибудь говорит название «Мифистика»?

— Конечно, это наш… — жена Джо осеклась. — Стоп. Откуда ТЫ знаешь про клуб?

Пять. Пятый оборот. Щелчок. Попадание.

И почему-то голос в голове, озвучивавший для проката Брэда Питта: «Первое правило клуба — не упоминать о Бойцовском клубе».

— Про тот, что в скором времени красиво полыхнет ярким факелом? — съязвил в ответ. — М-м, я уже вижу эти живописные развалины и дымок над ними.

— Прекрати ерничать, а тем более — угрожать! — рявкнула в трубку Хелен. — Я спишу это на юношеский задор и дурость и не передам твои слова патриарху.

Я рассмеялся, чем вызвал удивленный и чуть испуганный взгляд Кати и явственно слышный зубной скрежет жены Джо.

— Вперед, беги с докладом, — напутствовал клыкастую. — Мчи. Глядишь, за выслугу получишь лишнюю шейку на покус. Или косточку дадут обглодать сахарную.

— Ты! — похоже, моя собеседница отодвинула от лица аппарат и устроила небольшой погром: грохот, стук и звон битого стекла я четко услыхал. — Так. Кратко и четко, изложи причину, по которой ты на меня взъелся. Еще позавчера мы вполне ладили, откуда такая резкая перемена? И, главное, не забудь сказать, чем тебе неугодно существование нашего клуба.

Я отправил Катюше ободрительную улыбку. Мол, как кашу заварили, так и расхлебаем.

— К тебе лично — пока — претензий нет, кроме всех этих пафосных заявлений, — взял я тон поспокойнее, все же ссора до выяснения обстоятельств мне ни к чему. — Бесят. Но это ладно, у всех свои недостатки. А почему клуб ваш я намерен пустить в растопку? Чтобы прекратили пить из горла. Как это там у вас происходит? Один подхватывает девицу, а семья вокруг кружочком стоит и приговаривает: «Пей до дна, пей до дна»?