Точкой в доверии.

Ему уже почти в открытую говорили, что ответов не будет.

Тем временем, эта война с беспредельщиками уже отняла слишком много жизней. Слишком многие вышли из круга против своей воли из-за их действий.

Пусть они террористы, пусть сатанисты или ещё какие чудовища, но ему нужен был ответ. Он слишком далеко заблудился в поисках правды и вопреки всему верил, что даже с такими чудовищами можно договориться.

Ну, или пусть они попытаются его принести в жертву на алтаре какой-нибудь нечисти. Тогда он просто откатит время и пройдёт круг заново, вообще не приезжая на место встречи.

Но это на крайний случай. Ещё у него была капсула с цианидом. С ней всё намного проще. У мёртвого душу не отберёшь. Такая капсула контрится только полным подчинением.

На месте встречи в лучах восходящего солнца ранним утром на старой детской площадке его ждала седая красавица в белой рубашке и пионерском галстуке.

— Ты пришёл без цветов? — спросила она вместо приветствия.

— Могу развернуться и уйти, — буркнул он.

— Ладно. Я просто хотела немного сгладить наш путь. Я уже поняла, что нас демонизируют среди вас. Хотя настоящие демоны здесь вы.

— Слова, — отмахнулся Мирт. — Конкретика будет? Или мне ждать спецотряд в засаде?

— Нет никакого спецотряда. Я честна перед тобой. Ты хотел знать правду. Я пришла, чтобы рассказать тебе её.

— Без гидры и прочей дряни.

— Без. Такой, какой я увидела её на посвящении. Его обязательно проходят трезвым. Иначе выбор не имеет смысла. Идём со мной.

— Куда? — спросил Мирт, уверенный что ему не ответят.

— На край.

— Куда? — повторил он с непониманием.

— К границам Города. Если хочешь, можешь сам выбрать место входа. У тебя ведь есть карта?

— Конечно, — кивнул Мирт и быстро открыл её, после чего нашёл нужный район, приблизил и уткнулся в конец карты. Дальше начинались поля, но они уже не отмечались на карте.

— Идём, — она потянулась к Мирту и взяла под руку. — Я покажу тебе то, понимание чего заставило меня тогда на самом деле кричать. Это настоящая причина, а вовсе не гидра.

Мимо прошла мать с дочкой детсадовского возраста. Мирт улыбнулся, но в глазах своей спутницы увидел отвращение.

— Значит, всё же пустотники? — неуклюже попытался завести разговор Мирт. — Это единственная секта, которая ненавидит понятие любви, в том числе и семейной.

— Вы на пустотников похожи больше, — не согласилась Лена. — Живёте только личными эмоциями и плевать хотели на остальных.

— Я всю жизнь поступал по совести, — покачал головой Мирт. — Бывало, я ошибался, но когда я имел выбор, всегда делал его в сторону добра.