Попробовал и сам — чилийская пицца была на вид довольно простой, хоть и необычной. Острый перец, кусочки обжаренного отдельно мяса, и подвяленные помидоры черри.

Но на вкус всё оказалось немного иначе. Мясо было с ароматом костра, будто шашлык, хорошо промаринованный в чём-то кислом. Сыр — сорт я не распознал, но что-то непростое, возможно даже несколько видов сразу. Томат — острый и пряный, будто тоже хорошо промаринованный. А кусочки перца не просто остры, а имеют свой привкус, будто его тоже готовили специально, возможно на том же огне, или подкоптили.

В общем, пицца оказалась действительно очень хороша.

— Напомните, почему мы каждый раз здесь не едим? — спросил я.

— Долго ехать, — ответил Миша. — Да и лучше всего здесь на малых эхо.

— Удивил. Почему так?

— Меньше случайности, — улыбнулся шеф. — Как-то раз на сотом эхо здесь была харчевня огров. Пицца тоже была, но пьяные гоблины и человеческое мясо в меню, как по мне, уже излишний антураж.

Некоторое время мы просто с наслаждением ели.

Затем я решил всё-таки пролистать меню. Действительно, четыре направления азиатской кухни и одна страница усреднённой «европейской».

— Закажи мороженое, — улыбнулся Феликс. — Будешь приятно удивлён.

— Здесь отдельное меню для десертов, — сообщил Миша, положив передо мной вторую брошюрку.

Я добавил в заказ ещё пару блюд, яблочный пирог, пиццу кальцоне, тортик и попросил упаковать с собой. Это будет для Тани.

Некоторое время мы молча ели. Миша мирно наслаждался кофе со сладостями из корицы.

— До чего удачная итерация эхо, — сказал он с довольной улыбкой, прерывая затянувшуюся тишину. — Кофе сегодня особенно хорош. Как и слоёный пирог. Пожалуй, тоже закажу ужин с собой. Хотелось бы так проводить каждый день, да, Полярис?

Я улыбнулся в ответ, и откусил кусок пиццы.

Вот здесь и начинался серьёзный разговор.

— Звучит, как лозунги третьих, — заметил я. — Мне казалось, ты предпочитаешь будущее, а не прошлое.

— Я предпочитаю настоящее, Полярис. Просто понимаю, что так будет не всегда. Мечты о вечном равновесии это иллюзия. Рано или поздно весы всё равно сместятся в одну или другую сторону. Думаю, когда половина планеты будет нашей, третьи станут нашими врагами, и союзниками неспящих.

— Ну, у меня там вроде близких друзей нет, — пожал я плечами.

— Рад это слышать. Хотя, до этого нам бы ещё дотянуть с той ситуацией, в которой мы оказались.

— А в какой ситуации мы оказались? Неужто Литавр и моя святыня Мару так сильно всё портят?

— Я имел ввиду в целом. Такие кризисы случаются постоянно, и ты сделал этот мягче, это уже хорошо. И когда они остаются, приходят стиратели. Чтобы убрать то, что не вписывается в этот мир.